Девушка повернулась к нам и заморгала.
– Я сделала инъекцию, – пояснила медсестра, – успокойся. Пойдемте, Даша, поглядим на библиотеку, там роскошный камин.
Когда мы вышли в коридор, Ирина Викторовна возмутилась:
– Вот какая вредная! Знает ведь, что от ананаса прыщами покроется, и все равно лопает. Не первый раз с ней такое. И уколов до дрожи боится, внушила себе, что они непереносимые. Видели? Полина даже не заметила укола. Очень она капризная.
– Жаль ее, – вздохнула я, – молодая, уже инвалид.
Ирина поправила халат.
– Потому мы вокруг нее и скачем, про белочек придумываем. Не повезло Поле.
Через полчаса я робко сказала:
– Душно как.
– Вы просто устали, – мягко заметила медсестра, – замучила я вас экскурсией. Погуляйте в парке. День сегодня не жаркий, но солнечный. У нас прекрасный садовник. Видели когда-нибудь цветочные часы?
«Да, в Версале», – чуть не ляпнула я, но вовремя спохватилась.
– Нет. А что это такое?
– Идите по центральной аллее, слева будет клумба. Вам точно понравится, – пообещала собеседница.
– Если надумаете приехать в понедельник, буду рада вас видеть. Знаете наше приветствие?
Ну и ну, у них что-то вроде пионерского салюта есть?
Ирина подняла руки на уровень груди, согнула их в локтях, сжала ладони, потрясла ими и с чувством произнесла:
– Хорошего вам дня!
Я повторила ее жест.
– И вам тоже.
– Нет, надо ответить: «Пусть с вами будет удача», – поправила меня она.
Я покорно повторила фразу и отправилась искать фонтан Аполлона.
* * *Небольшая площадка, в центре которой высилась гипсовая копия всемирно известной статуи, находилась у забора, ограничивавшего территорию парка.
Ни одной скамейки тут не было, но слева громоздилось крупное деревянное сооружение, напоминающее беседку. Я поднялась по ступенькам и увидела Полину, сидевшую возле квадратного стола.
– Пришли! – обрадовалась она. – Пожалуйста, увезите меня отсюда поскорей. Через центральные ворота мне пройти нельзя, там камера, охрана меня увидит и тревогу поднимет. Но в ограде есть дыра. Вы можете подъехать с той стороны, я вылезу и заберусь в багажник.
Пограничник никогда автомобили гостей не осматривает. Очень вас прошу! А то они меня тут убьют или уродкой сделают. Видите, что со щеками? Прямо кожа слезает. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! В доме разговаривать нельзя, там везде камеры, и в парке за кроликами следят, слепая зона только тут.
– За кроликами? – повторила я.
Полина поежилась.
– Услышала случайно, как нас Зинаида Борисовна, главный врач, называет.
