— Нет, Дебора, — сказал я. — Нет. Невозможно. Она взяла не того парня.
Дебора рассмеялась смехом полицейского, которому все осточертело.
— Да. Я это знаю. Ты знаешь. А она не знает. А хочешь, я тебя развеселю? Даже он не знает.
Тут уже я перестал понимать.
— О ком ты говоришь, Деб? Кто не знает? Она повторила свой жуткий смешок.
— Парень, которого она арестовала. Вполне возможно, что он так же сбит с толку, как и Ла Гэрта, Декс. Потому что он признался.
— Что?
— Он признался, Декстер. Этот ублюдок признался.
Глава 12
Его звали Дэрилл Эрл Макхейл, и был он из тех, которых мы любим называть дважды неудачниками. Двенадцать лет из последних двадцати он провел в качестве гостя штата Флорида. Любезному сержанту Доуксу удалось откопать его имя в списках персонала Арены. При проверке компьютерной базы данных сотрудников, у которых зарегистрированы проявления жестокости или которые осуждались за уголовные преступления, фамилия Макхейла фигурировала дважды.
Дэрилл Эрл Макхейл был пьяницей и драчуном.
Время от времени он по мелочи грабил заправочные станции. Макхейл мог продержаться на работе с минимальной зарплатой не больше одного-двух месяцев. А потом в один прекрасный вечер в пятницу он закладывал за воротник несколько упаковок пива и решал, что он — сам Гнев Господень. Садился за руль и катался, пока не находил заправочную станцию, которая приводила его в бешенство. Размахивая оружием, врывался внутрь, забирал деньги и уезжал. После этого тратил весь свой увесистый улов из восьмидесяти — девяноста долларов на покупку еще нескольких упаковок пива, пока не начинал чувствовать, что просто обязан кого-нибудь поколотить.
Дэрилл Эрл не был крупным человеком: тощий, ростом пять футов шесть дюймов. Поэтому, чтобы играть без риска, этим «кем-нибудь», как правило, оказывалась его собственная жена.
Так оно и было, и, как ни странно, пару раз Макхейлу удавалось выйти сухим из воды. Потом однажды вечером он зашел слишком далеко, на целый месяц уложив жену в больницу.
Она подала заявление, а так как у него уже была уголовная биография, ему пришлось поволноваться.
Макхейл по-прежнему пил, но его явно крепко припугнули в Рэйфорде,[19] куда ненадолго поместили для выправления мозгов. Он получил работу вахтера в Арене и, как ни странно, держался за нее. Насколько известно, он уже целую вечность не бил жену.
На долю нашего парня пришлось даже несколько мгновений славы, когда «Пантеры» играли на Кубок Стенли.
