Было темно, и человек все еще стоял слишком далеко, но по нескольким деталям я понял, что есть в нем что-то до странности знакомое; то, как он стоял, замерев в компьютерном изображении, то, как распределял вес на обе ноги, общее впечатление от его профиля. Непонятно и странно, но он как бы с чем-то согласовывался. И как только громкая волна сиплого смеха вырвалась с заднего сиденья моего мозга, до меня дошло, оглушающим аккордом концертного рояля, что на самом деле он ужасно напоминает…
— Декстер?.. — произнесла Дебора каким-то тихим и сдавленным, хриплым голосом.
Да, действительно. Напоминает Декстера.
Глава 23
Уверен, что Дебора отвела юного любителя грязных волос назад в холл, потому что, когда я снова поднял глаза, она стояла передо мной, одна. Несмотря на синий мундир, теперь она совсем не походила на копа. Выглядела Деб озабоченной, как будто не могла решить — кричать или плакать, как мамочка, которая узнала, что такой хороший и любимый сыночек по-крупному подставил ее.
— Ну? — потребовала она, и я согласен — у нее был на то повод.
— Не то чтобы слишком плохо, — сказал я. — А ты?
Она пихнула ногой стул. Стул упал.
— Черт возьми, Декстер, брось умничать! Скажи мне что-нибудь. Скажи, что это был не ты! — Я не произнес ни слова. — Ну, тогда скажи мне, что это был ты! Просто скажи что-нибудь! Хоть что-нибудь!
Я покачал головой. По правде, сказать мне было нечего, и я снова покачал головой.
— Я достаточно уверен, что это не я. То есть я не думаю, что это я."
"Даже для меня эти слова звучали так, как будто я крепко стою обеими ногами на тропе, ведущей в страну хромых ответов.
— Что это значит — «достаточно уверен»? — продолжала требовать Деб. — Значит ли это, что ты не совсем уверен? Что на записи мог быть ты?
— Ну… — Я выдал поистине блестящий и находчивый ответ. — Может быть. Не знаю.
— А «не знаю» означает, что ты не знаешь, сказать мне или нет, или что ты на самом деле не знаешь, ты ли это на записи?
— Я почти уверен, что это не я, Дебора, — повторил я.
— Но я, правда, не знаю наверняка. Похоже на меня, так ведь?
— Черт! — сказала она и еще раз ударила ногой по стулу. Тот с грохотом врезался в стол. — Как ты можешь не знать, черт побери?
— Это довольно сложно объяснить.
— Попробуй!
Я открыл рот и впервые в жизни ничего не смог сказать. Как будто все вокруг не так уж плохо, а вся сообразительность куда-то ушла.
— У меня просто… у меня были эти… сны, но, Деб, я правда не знаю, — запинаясь, пробормотал я.
