Искушенные зрители без труда определяли тех, на кого следовало делать ставки. Правда, мы с Игнатием котировались на тотализаторе невысоко – у нас не было эффектных побед одним решающим ударом, схема ведения боя не отличалась особой изощренностью, и вообще мы не старались играть на публику, предпочитая заканчивать поединки, используя старый проверенный принцип «минимум мощи против максимума силы». Как бы то ни было, отборочный турнир мы прошли.
Вместе с нами во второй тур прорвались, помимо названных мастеров, Каменный Локоть, Гремучая Змея, Ирокез, Черная Маска и еще десятка полтора бойцов.
Один из них отказался от участия в боях без правил из-за полученных травм – двух недель, отведенных на подготовку к очередному кругу, было явно недостаточно, чтобы восстановиться полностью, другой «сошел с дистанции» по соображениям собственной безопасности – увиденного за три дня состязаний было достаточно для того, чтобы деморализовать кого угодно.
Вечером в наше бунгало заглянул Гарибальди, считавший, по-видимому, нас своими друзьями, несмотря на то что мы являлись его потенциальными соперниками, и сообщил пикантную новость: он отправляется в HOTEL, чтобы провести там ночь любви за десять тысяч долларов.
Аналогичное предложение он получил еще от трех состоятельных дам, но, учитывая усталость и легкое недомогание после поединка с таиландцем, принял только одно – по высшему разряду. Мы ответили ему честно: к нам подобные предложения не поступали, а если и поступят, рассматриваться не будут.
Игнатию не позволял так низко пасть его священнический сан и долг примерного семьянина, мне же не стоило тащиться в Тибет ради того, что можно было получить, не покидая родного города, от дурищи, которую я охранял. Но где-то в глубине души я недоумевал: мое мужское самолюбие было обеспокоено тем подчеркнутым невниманием, которое проявили к нам жаждущие плотских утех, сорящие деньгами искательницы приключений, наводнившие отель.
Причина «бойкота» выяснилась совершенно случайно. После ухода Гарибальди к нам забежала Даша – ей удалось ненадолго избавиться от Эрнста-киллера, следовавшего за ней по пятам, и она решила, не теряя времени, «навестить своих верных рыцарей». Честно говоря, я испытывал некоторые затруднения, общаясь с ней: мне была не совсем понятна ее роль, и уж тем более тайной за семью печатями оставалась степень ее близости с отцом.
