– Ты о чем? – не поняла я.
– Камнебарий, – повторил Кирюша, – гербарий – сушеные травы, а камнебарий…
– Сушеные камни, – мигом подхватила Лиза, – во дурак!
Конечно же, вспыхнул скандал, плавно перешедший в драку. Результатом военных действий стали шесть царапин на щеках Кирюшки и синяк на ноге у Лизы. Камнебарий пришлось упаковывать, а вместе с ним и кипу старых журналов, которые оказались «картотекой», разбитый пластиковый стакан, смятые плакаты, какие-то гнутые железки и непонятную конструкцию из проволоки и гаек.
Но это были еще цветочки. Ягодки поспели, когда я вытащила с антресолей чемоданы, набитые давным-давно забытым хламом. Домашние накинулись на них, как изголодавшиеся коршуны на стадо тучных кроликов.
– Моя пожарная машинка!
– Вау, красные замшевые перчатки!
– О-о-о! Вот где лаковая сумочка.
– И вельветовые брюки!"
"– А галстук! Да я его обыскался.
– Бусы из ракушек! Любимые!
Я попыталась вразумить домочадцев, спокойно объясняя:
– Машинка потеряла все колеса, на перчатках пятно, лаковая сумка покоробилась, галстук вышел из моды, а в эти брюки, спору нет, замечательные, ты, Вовка, не влезешь никогда!
– Почему? – с раздражением поинтересовался Костин, теребя штаны.
– Да потому что они сорок восьмого размера, а тебе сейчас и пятьдесят второй мал!
Думаете, меня послушали? Ошибаетесь! Прижав к сердцу барахло, домашние, на все корки ругая расточительную Лампу, собравшуюся лишить их столь великолепных вещей, стали внимательно следить, что появится из других загашников.
Я молчала. Ладно, пусть тащат с собой бархатные занавески, смятый самовар, ватное одеяло, похожее на изжеванный коровой лист капусты, и скукоженную резиновую клизму. В конце концов, в новом доме огромные гардеробные, свалим туда «раритеты» и похороним.
Вышла я из себя только один раз, когда заметила, что Юля впихивает в тюк нечто кричаще-розовое, с полуоторванными воланами.
– Зачем тебе сия дрянь! – взвыла я.
– Это мое платье, – рассердилась Сережкина жена, – выпускное! Между прочим, оно из натурального шелка, знаешь, сколько такое стоит?
– Чего же ты его не носишь? – ехидно спросила я.
– Оно вышло из моды.
– Зачем хранишь?
– Я, между прочим, рачительная хозяйка, – серьезно заявила Юлечка, – вот родится у меня дочь, будет ей лет семнадцать, мода вернется. Наденет она платьице…
Я предпочла ретироваться. Да, модные тенденции имеют обыкновение ходить кругами. Мини-юбки сменяют макси, и наоборот.
