Разбуженная страсть заворочалась, обжигая, побуждая к действиям, пришлось срочно налить и глотнуть прохладного вина, дабы хоть как-то успокоиться. М-да, никогда не думал, что столь простые действия вызовут столько эмоций и ощущений. Эрианор, малышка, ты просто сводишь меня с ума…
– А я дразнюсь, да? – очень натурально удивилась она и посмотрела на меня, захлопав ресницами. – Я просто сладенькое люблю. – И очередная ложка крема последовала в рот.
Со стороны Йена послышался сдавленный смешок.
– Смотри, доиграешься, провокаторша, – весело обронил он.
– Кстати, про игры. – Эрин вдруг оживилась и отставила пустую вазочку. – Я тут подумала, как можно разнообразить досуг. Тут же кроме чтения в свободное время совершенно нечем заняться. – Она встала, обошла столик и повернулась к нам. – Мне классная игра в голову пришла, «крокодил» называется.
Мои брови поползли вверх. При чем тут название животного, обитавшего где-то в южных землях, на той стороне моря?!
– Вам понравится. – Глаза Эрин блестели от возбуждения, на губах играла предвкушающая улыбка.
– Правила простые. Одному человеку загадывается слово или фраза, и он должен только жестами объяснить, а другие угадывают, что это такое. Кто угадает, занимает место того, кто показывал, а он называет следующую фразу или слово. Попробуем?
– Втроем? – Йен почесал в затылке. – Получается, угадывать только один будет?
– Почему нет? – Эрин пожала плечами. – Заодно потренируетесь, – усмехнулась она.
– А давай. – Светлый тоже усмехнулся. – Думаю, будет интересно и… весело.
– Без всяких условий! – тут же предупредила она и чуть нахмурилась, уперев руки в бока. – А то знаю я вас!
– Хорошо, хорошо. – Йен поднял ладони, потом посмотрел на меня: – Кто загадает?
– Давай ты. – Я поудобнее устроился на диване.
Светлый встал, подошел к Эрианор и что-то шепнул на ухо, при этом он так довольно улыбался, что я заподозрил подвох. Эрин же озадаченно подняла брови, пожевала губами и протянула:
– Ну ладно… Попробую.
Да, вечер обещает быть очень интересным!
Эрианор"
"Когда взялась за ручку двери в гостиную братьев, даже тени сомнений в правильности решения не возникло, и, когда переступила порог, прошлое окончательно осталось там, за дверью.
Мм, то, какими взглядами встретили меня, польстило женскому самолюбию, и теперь мысль, что под халатом всего лишь рубашка Оллера, едва прикрывавшая бедра и, собственно, белье, не смущала. А гори оно все, дойдем до поцелуев – ну дойдем, это дело мне нравится, и даже очень.
