Сегодня я еду домой, и точка! Нежности нежностями, но… раз мужики такие все из себя мужики и серьезно настроенные, значит, не слабо подождать до обряда, вот и докажут заодно, чего на самом деле от меня надо… Мысль глупая, знаю, но сдаваться вот так сразу не собираюсь! Попыталась озвучить соображения, приподнявшись и уставившись на Оллера.
– Олли…
Поди разберись, хрипотца натуральная или от волнения! Йен не дал продолжить, оставив на время в покое локон и мои плечи и грудь, уложил обратно и наклонился низко-низко, щекоча своими волосами лицо и отнимая последние остатки воли таинственно серебрившейся глубиной взгляда.
Я, как завороженная, смотрела на хоровод звездочек в глазах, забыв про все свои возражения.
– Скажешь «стоп», остановимся, – шепнул Йен мне в губы и улыбнулся, его пальцы медленно, едва касаясь, провели вдоль носа, разгладили морщинку на лбу, обрисовали контур лица и напоследок приласкали мои приоткрывшиеся губы.
В голове воцарился полный сумбур. Всего несколько мучительных мгновений я пыталась понять, хочу ли прекратить это сладкое сумасшествие прямо сейчас, или довериться нездоровому любопытству и сорвавшимся с цепи желаниям и посмотреть, насколько далеко все может зайти.
Пальцы Олли между тем уже добрались до подвязки, подняв подол платья гораздо выше колена, и ловко избавили меня от кружевной полоски. Мамочки, кажется, я пропала. Всего несколько секунд, и вот кожу обожгло прикосновение, Темный начал медленно-медленно снимать чулок.
А теперь все умные мысли, что я вся такая взрослая, благополучно сгорели в пожаре, поднявшемся внутри от таких простых, но безумно чувственных действий Темного. Я ведь знаю, насколько это приятно, собственные эмоции и ощущения отнюдь не пугали, даже наоборот – умоляли молчать и просто получать удовольствие. Разбуженная страсть разлилась по телу горячей волной, заполнила каждую клеточку, затянула в жаркие объятия и прогнала прочь последние сомнения в разумности собственных поступков.
Да, продолжаем, мальчики, раз вы готовы остановиться по одному моему слову, я рискну.
Видимо, Йен уловил мои колебания и решил избавить от них самым действенным способом – медленно наклонился и прижался к моим губам. Кажется, я уже говорила, что целуется он отлично, если не сказать больше? Моя ладонь скользнула на затылок Йену, зарывшись в светлые пряди, притягивая ближе, продлевая этот сладкий, чувственный, требовательный поцелуй.
