После ухода принца в Доме Встреч некоторое время все шло своим чередом: Лесные выслушивали приехавших к ним людей, кому-то помогали, кому-то отказывали… Пока где-то через час дверь неожиданно не открылась и на пороге не появилась престранная фигура. Замотанная от шеи до лодыжек во что-то, отдаленно напоминавшее плащ, только состоящий из листьев, вместо волос-веточек – неопределенное нечто, больше всего похожее на мох, который обычно свисает с деревьев. Только глаза оставались такими же, как у всех обитателей Леса Одмари, ярко-зеленые, без зрачка и белка.
Едва дежурные Лесные увидели необычного посетителя, как тут же встали и вежливо попросили очередного просителя покинуть Дом."
"– Происходит что-то странное, – проскрипел новый гость. – Мне пришло видение, что разноцветная, которая сейчас участвует в Игре, не должна была до нее дожить. И в то же время она – ключевое звено в исполнении пророчества.
Лесные переглянулись, потом снова посмотрели на шамана.
– Приезжал принц Йен, – ответил один из них.
– Говорил про смерти прежних разноцветных и про то, что, возможно, мы не в те руки отдали принятие решения, кто из них женится. Но Камень Печати цел…
– Люди хитрые существа, – совершенно без эмоций ответил шаман. – Они могут и магию обмануть в стремлении достичь своей цели. Распорядительница не должна стать королевой, это исключено, ее опасный дар не должен опять обрести свободу. Принцы должны решить вопрос с женитьбой за эту Игру.
– На прежних условиях? – уточнил второй Лесной.
– Сначала надо узнать про разноцветную больше, я хочу встретиться с ней, – ответил шаман. – Отведите меня завтра в ее дом, до вечера Игры. И я скажу, что принцам делать дальше.
Гость развернулся и, не прощаясь, вышел из Дома Встреч. Лесные вернулись за стол, и вскоре все пошло своим чередом.
Глава 7
Эрианор
Я затолкала мандраж поглубже и туда же пинком отправила проявившееся вдруг радостное нетерпение от известия, что встречусь с принцами. Сказала, ненужным эмоциям слова не давали! Кайл ушел на свою работу, предварительно осведомившись, с чего я горной козочкой поскакала к себе, и я «обрадовала» его, что означали подарочки принцев.
Вопреки моим опасениям, он не разозлился, а только радостно разулыбался. Ладно, ладно, папочка, посмотрим, чья возьмет. А я пока подготовлю себе пути к отступлению, хотелось все-таки нормального разговора, а не отбиваться от наглых и – да что скрывать – гревших душу приставаний, в наличии коих я и не сомневалась.
