Подоспевшая Лалли забрала у меня возмутившуюся Марусю. Ее привлек блеск нарядной формы Вэйна, и она была не прочь подергать его пуговицы.
— Ну что ж, посмотрим, что умеет эта твоя целительница. Небось только касторку выписывать и бородавки лечить.
Ну и тип! Пора бы привыкнуть к взглядам свысока, но каждый раз они меня коробили.
— Касторку я выписываю только самым непослушным пациентам, — произнесла я строго и скомандовала: — А теперь встаньте!
Вояка хлопнул глазами, рот приоткрылся, а кожа на подбородке собралась в складки.
Он не ожидал такого напора от какой-то там молодой целительницы.
— Ну чего застыл, Вэйнчик? Ты еще и на уши туговат? — нейра Мирилис откровенно потешалась. — Раз уж явился, то выполняй все, что тебе говорят.
Нейт Вэйн с явной неохотой отлип от кресла и встал передо мной, вытянув руки вдоль туловища. На лице его читался неприкрытый скепсис, но я пыталась этого не замечать. Обычно больные такого рода пропускали мимо ушей рекомендации врачей, думая, что все равно ничего не поможет.
Часто на прием их сопровождали мамы или жены, записывая все назначения, чтобы потом уговаривать их выпить хоть пол таблеточки, готовя диетическую еду и следя за режимом великовозрастного деточки.
— Нейра Мирилис, не будете ли вы так любезны…
Бабуля понимающе закивала и удалилась, оставив меня наедине со старым воякой. Я расспрашивала его, параллельно изучая магическим взором. Он выявил ту же картину, что была у Мирилис: магические каналы, как и источник, выглядели покрытыми сажей.
Только у бывшего боевого мага они были еще и разорваны в некоторых местах, именно оттуда по телу время от времени прокатывались волны боли.
Он рассказывал о своих проблемах неохотно, не привык ими делиться.
— Коты. Не люблю котов, — буркнул Вэйн, увидев пришедшего поглазеть Уголька.
Фамильяр презрительно скривился и дернул хвостом.
“Я тоже не люблю грубых мужланов”, — отправил мне мысленное послание, демонстративно плюхнулся на задницу и занялся отмыванием стратегически важных мест.
Затем мне пришлось уложить Вэйна на софу, чтобы было удобней заниматься лечением. Осторожно, каплю за каплей, я вливала целительскую магию в источник. Щеки моего пациента раскраснелись, дыхание стало частым.
— Вам не плохо? — спросила я подозрительно.
Он закашлялся, а потом ответил:
— Очень даже хорошо! Как будто я снова обрел свою силу…
В его словах прозвучала горечь. Конечно, обидно лишиться магии, твоей части и сути, обидно чувствовать себя беспомощным.
