Вот такое неслыханное дело творилось в этом глухом углу, где малолетний король выглядел хуже, чем сын зажиточного горожанина где-нибудь в Орлеане. Впрочем, длинные волосенки, разметавшиеся по плечам, настраивали на серьезный лад. Перед доместиком стоял не юный горожанин, а настоящий король франков, на чумазой рожице которого было написано нескрываемое любопытство. Он еще не видел дяденьку, не носившего штанов, так как рос в окружении отцовских лейдов. А они как раз штаны носили. Тут, на берегу Шельды без штанов было бы весьма холодно зимой, и Дагоберт это понимал.
Он рос очень умным мальчиком.
— Мой король шлет привет и наилучшие пожелания своему брату, — начал торжественную речь доместик. — Он посылал тебе весть, чтобы ты забрал свое имущество и людей из герцогства Дентелен, потому что считает эту землю принадлежащей ему по праву.
— А то что? — насмешливо спросил Хлотарь, бросая наземь огрызок яблока и вытирая рот рукавом. — Раз уж мой племянник решил нарушить свою клятву, то что будет дальше?
— В противном случае мой король наводнит твою землю своими воинами! — торжественно заявил доместик.
— Он приведет сюда армии двух королевств.
— Смотри, Дагоберт, на этого дядю, — сказал Хлотарь. — Такой красивый, и такой смешной.
— Не понимаю, что смешного я сейчас сказал? — побагровел доместик. — Король с армией уже стоит в Орлеане. Вас всех ждет война.
— Да ни черта меня не ждет, — равнодушно махнул рукой Хлотарь. — Ты откуда ко мне приехал?
— Из Орлеана и приехал, — ответил растерянный придворный.
— И долго ты меня искал? — насмешливо спросил его король.
— Почти месяц, — смущенно ответил тот. — Я сначала в Руан поехал, но мне сказали, что вы здесь.
— Вот видишь, сынок, — показал король пальцем на доместика. — А этот красивый дядя ничего не знает.
— Чего я не знаю? — спросил чиновник, который почувствовал, как земля уходит из-под ног.
— Умер твой король, — сплюнул Хлотарь, — гонец ко мне из Орлеана прискакал, а за ним герцоги и графы. Договариваться хотят. А ты со мной договариваться хочешь?
— Что? — чиновник напоминал рыбу, выброшенную на берег.
И он мужественно проблеял: — Но королева Брунгильда… Но юный король Сигиберт… И отчего умер мой король? Ведь ему двадцать шесть лет всего!.. Было…"
"— Рассказываю по-порядку, — терпеливо сказал Хлотарь. — Король твой помер в Орлеане от кровавого поноса, который римляне дизентерией называют. А на юного короля Сигиберта и на совсем не юную королеву Брунгильду мне плевать. Им конец, доместик.
