В результате вышло всё по расчётам нашего славного «амира». «Чехи» с носилками – на серёдке, Иваныч с женщиной на нашем берегу. Вторая пошла. Иваныч опять метнулся через речку – помогать, таки оскользнулся, с разбегу бултыхнулся в ледяную воду и секунд десять барахтался, борясь с течением.
– Вообще у нас купальный сезон уже кончился! – весело пошутил Турпал. – Эти русские такие тупые – всё не вовремя делают…
Купание Иваныча несколько сорвало наш график. Пока он со второй дамой добрался до середины реки, «чехи» с носилками уже практически закончили переправу.
– Отстаём, – мысленно озаботился я. – Вот некстати-то…"
"Как только первый из пары таскателей ступил на берег, Турпал, опять склонивший голову влево и внимавший своему наушнику, заметно оживился. Перестал светить гордым профилем в камеру, развернулся, прихлопнул левой ладонью по бедру и скороговоркой скомандовал что-то по-чеченски.
Из кустов левее большого валуна, расположенного ниже нас метрах в десяти, вырос «дух».
Да, «дух» – нормальный такой моджахед, ещё один из людей старшего брата. Одним движением стряхнул с себя прилипшие куски дёрна и пучки веток, взял свой «ВСК-94»[47] прикладом под мышку и, по-кошачьи прыгнув на тропу, пристроился к носилкам сзади слева.
– Это один из бойцов моего спецназа, – пояснил Турпал в камеру. – У меня все такие. Команда призраков. Русские не понимают, с чем они столкнулись! Мы повсюду! Каждый камень в этих горах в любой момент может ожить и уничтожить врага!
Я слегка встревожился.
Нет, не сказочкой про призраков впечатлился – это я вообще пропустил мимо ушей. Если пренебречь тактическим аспектом, то сдача «амиром» своего «камня», сидевшего с классным стволом на хорошо замаскированной позиции, в данном случае продиктована здоровой целесообразностью. «Чехи» тащили носилки с трупом через брод, устали, и теперь им метров тридцать переть круто в гору.
Само собой, темп уронят как минимум втрое. А тут, откуда ни возьмись, свежее плечо. Согласитесь, неплохое подспорье.
Только вот вопрос: и куда это так торопится наш весёлый «амир»? И не жаль ему терять такую шикарную огневую точку?
– Пацан, – напомнил я.
– Помню. – Турпал этак по-свойски подмигнул мне. – Баба до берега дойдёт, тогда – пацан. Как договаривались…
Трупоносы оказались чуть проворнее Иваныча со второй дамой.
