– Помогите! – тоненько закряхтел я, задыхаясь и чувствуя себя страшно беспомощным и совсем одиноким на этом свете. – Да помогите же…
– Р-р-р! – тихо зарычал повар, рывком преодолевая сопротивление и вгоняя иглу мне в щёку.
Бац! – раздался глухой удар, повар отлетел в угол и с разбегу забодал лбом стену.
– Уф-ффф! – Я жадно глотнул воздуха – сразу полегчало. В расплывающейся панораме возникла физиономия Петрушина с горящими глазами голодного ягуара.
– Да что там у вас?! – жалобно крикнул в ухе Иванов. – Подайте голос хоть кто-нибудь!
– У нас – порядок, – буркнул моему карману Петрушин.
– А вот у вас…
– Мм-м-мууу… – Повар застонал и, ухватившись руками за голову, лёг на бок, поджав колени к груди.
– Коровка, – сказала голова Васи Крюкова, заглядывая в дверной проём. За Васиными ногами, в створе распахнутой двери кладовки, я рассмотрел чьё-то бездыханное тело. – Муу-у-у! У коровки четыре сиськи. Надо проверить – сколько у этого… Жека, раций нет. Оружия – тоже. Странно, да? Только ножи.
Вот.
Вася показал два охотничьих ножа с костяными ручками.
– Перестарались, значит, – флегматично сказал Петрушин. – Ты как?
– Щёку проколол, гад, – слёзно пожаловался я, выдёргивая из щеки шприц – поршень был в крайнем заднем положении, «повар» не успел стравить содержимое.
– Одноразовый вроде. До свадьбы заживёт. – Петрушин достал из кармана обрезок стропы и нагнулся к повару – вязать."
"– Ап!!! – «Повар» вдруг резиново изогнулся, мощным ударом двух ног долбанул Петрушина в грудь и со спины выпрыгнул в стойку!
– Ох! – Петрушин рухнул на пол, крепко стукнувшись затылком о край стола, и на пару секунд замер без движения.
– Что там у вас? – заголосил в моём ухе Иванов. – Доложите обстановку!
– Р-р-р!!! – «Повар» пушечным ядром рванул к выходу, размазав по косяку лёгкого Васю, влетел в кладовку и захлопнул за собой дверь.
– Бегом… – болезненно морщась и мотая головой, Петрушин на получетвереньках вяло просунулся в кухню. – Бегом!!!
– Я его полоснул… – виновато отчитался Вася, вставая с пола и ощупывая спину.
– Я его полоснул – вон, кровь!
– Кого там полоснули? – надрывался Иванов. – Да скажет мне кто-нибудь, что там у вас происходит?!
Бум! Бум! – лейтенант Серёга, видимо, страховавший вход, метнулся к кладовке, подёргал ручку и принялся бухать в дверь плечом.
– Пусти… – Петрушин встал бочком, отступил на шаг и мощно лягнул дверь ногой.
Ржаво каркнули сорванные петли – дверь с шумом обрушилась внутрь.
