Обойдя его со спины, я положила сумку с бумагами на низкую тумбочку. Слегка перегнувшись через кресло с Сашей, оставила ноутбук на столе, чувствуя головокружение, которое захлестнуло меня, когда его запах стал более концентрированным. Меня будто снова выкинуло в парк, где он крепко прижимал меня к себе.
— Не буду вам мешать, — поспешила я к выходу, прихватив с собой только телефон.
— Стой, Руфина, — остановил меня босс и взглядом указал на кресло рядом с собой. — По гостишке у меня от тебя секретов нет.
Садись, послушай.
— Вы уверены?
— Садись-садись, — закивал Макар Андреевич. — Послушаешь, как большая шишка с большого города нашу гостишку купить хочет.
— Купить? — тело с головы до ног окатило холодной водой.
Теперь понятно, почему Саша так демонстративно сидит в моем кресле.
Если он действительно намерен купить эту гостиницу, то мне в ней места точно не будет.
— Представляешь, Руфина? — продолжал улыбаться босс, глядя на Сашу.
— Приехал. Весь такой молодой, амбициозный, горячий. Решил у деда бизнес отжать.
— Купить. Не отжать, — сдержано поправил его Саша.
Ну, да. Но кресло моё ты уже отжал, не купил.
— Одна петрушка, — махнул Макар Андреевич рукой. — В любом случае, последнее слово за Руфиной. Без ее согласия я ничего с гостиницей делать не стану. Даже коврик ко входу без нее не выберу.
От слов Макара Андреевичу к щекам прилил румянец. Обычно он так высоко меня не ценил.
По крайней мере, в глаза он никогда не говорил мне о моей незаменимости или исключительной власти. Наоборот, только регулярно ворчал о том, что я опять придумала какую-то фигню (мягко говоря, он тот еще матершинник) и пытаюсь ему ее втюхать.
— Я не думаю, Макар Андреевич, что судьбу вашего бизнеса решать мне. Это будет только ваше решение. Я и все остальные примем его и поддержим.
— Ты, давай, на меня всё не сваливай, Руфина, — вздохнул босс и нервно дернул воротник розовой рубашки.
— Я уже дед, при маразме, скоро ссать под себя начну… — цокнув, я с улыбкой закатила глаза. — Ты скажи просто «да» или «нет». Отдадим красавчику нашу «дочку» или сами продолжим ее «воспитывать» без его помощи?
При слове «дочка» на моем лбу, наверное, выступил пот. Дыхание спёрло. Я понимала и знала, что Макар Андреевич гостиницу часто называет дочкой. И уже давно к этому привыкла.
