— Как у вас всё просто, — осуждающе вздохнул босс. — Но ты точно приходи. Я, по-любому, быстро сдуюсь на этом вечере — возраст уже не тот, — надо, чтобы хоть кто-то из начальства гостишки пробыл там до конца. Ты, всё равно, Руфина, больше моего соображаешь, так что ты там и останешься. До последнего гостя.
— Хорошо, Макар Андреевич. Только мне домой нужно будет попасть перед вечером. Иначе красиво и нарядно, как вы хотели, не получится.
— Без проблем. Саня, подвезёшь нашу жемчужину? — обратился босс к Саше. — Тебе же тоже надо будет переодеться?
— Я на такси…
— Подвезу, — сухо оборвал меня Саша, по-прежнему, не оторвавшись от документов.
Что там так долго можно вычитывать? Наизусть учит?
Я не стала отказываться. Хотя соблазн построить из себя гордую и независимую, всё же, был."
"Вечером после окончания работы я спустилась вниз в ресторан, где убедилась, что подготовка к званному ужину, устроенному Сашей и Макаром Андреевичем, идёт полным ходом. Мне там добавить было нечего. Люди сами отлично знали свою работу и суфлёр в моём уставшем лице им точно нужен не был.
Выйдя на улицу, я увидела Сашин внедорожник, припаркованный у крыльца. Я была уверена, что на месте водителя будет его помощник, поэтому, обойдя машину и заняв пассажирское кресло, была удивлена, что за рулём был сам Саша.
Он молча смотрел перед собой, пока я пристегивалась. Молча завёл двигатель и двинулся с места, так же молча войдя в городской поток.
— Это твоё решение? — спросила я, когда мы застряли на очередном светофоре в бесконечной пробке.
— Что? — выронил Саша севшим голосом и впервые за эти дни посмотрел мне в глаза.
— Это твоё решение? — повторила я вопрос. — Делать вид, что мы друг другу никто. Мне следует понимать твоё молчание, как отказ от дочки?
— Ты семь лет молчала о главном, но обижаешься на меня за то, что я молчу неделю? — холодно выронил Саша. — Классно ты придумала.
— Я на тебя не обижаюсь. Я хочу понять, что дальше? Как мне стоит себя вести? Твоё молчание пугает меня и сбивает с толку. Я не понимаю, что дальше, Саша.
— У меня, оказывается, есть дочь и женщина, которая молчала о ней столько лет. Это я, Руфи, не понимаю, что мне делать дальше.
— Хорошо. Я поняла тебя, — кивнула я, сдавшись и поняв, что неделя — это слишком маленький срок для того, чтобы всё хорошенько взвесить.
Саша подвёз меня до дома и остался ждать у подъезда. Не захотел подняться в квартиру и уехать тоже не захотел.
В квартире я сразу сказала девчонкам, чтобы ложились спать без меня.
