Теперь перед ним вместо воров стоял племянник Саша, и Шельмин сверлил его с таким остервенением, словно собирался ставить не металлическую дверь в подвал, а бронированную в авиационный ангар. Старая вместе с замком была взломана, и Шельмину не нужно было эксперта, чтобы определить, что злоумышленники работали фомкой или ломом. Заметив странную процессию, шагающую по узкому, плохо освещенному коридору, старый таксист перехватил дрель, как автомат, направляя ее ствол в сторону незнакомцев. Слишком много потрясений для одного вечера.
– День добрый, – поприветствовал его советник. Заметив аппарат в руках бывалого таксиста, он на всякий случай сбросил обороты.
– Кому добрый… – многообещающе посмотрев на состав кавалькады, процедил сквозь зубы Шельмин. Решение сверлить всех подряд пришло сразу после того, как им овладело чувство стыда за то, что его до смерти перепугал какой-то пацан.
– Мы из прокуратуры, – сказал Кряжин, вынимая удостоверение из кармана куртки так, чтобы заодно был виден и край кобуры.
Расслабившись, Шельмин дрель опустил, но не отложил. – Скажите, вас никто в последнее время не тревожил?
Клюквенный раствор залил серые щеки таксиста, и он поинтересовался, по какому, собственно, случаю его об этом расспрашивают.
– Видите ли, – пробормотал Кряжин, – поступила информация, что в отношении вас могут быть совершены противоправные действия вплоть до физического воздействия. Ваш племянник оказался втянут в сферу интересов криминального мира Холмска, в передел собственности, и есть опасения, что в ходе поисков кое-кто будет выходить на его родственников.
А поскольку из родственников здесь только… Словом, вы меня понимаете?
Шельмин понимал, Желябин нет. Майор вообще находился в прострации.
– Криминальный мир Холмска? – недоверчиво пробормотал Шельмин, откладывая таки дрель. – А что это такое? – Разговор, происходящий в пропахшем сыростью и покрытом мраком подвальном помещении многоквартирного дома, был для него странен. Как, впрочем, и предыдущий визит.
– Вы шутите?
– Когда я шучу, я смеюсь громче всех, – разочаровал его высокий мужчина в куртке, покрытой каплями, что совсем недавно были снежинками. Мужчина был и больше всех, и старше всех, его ведущая роль определялась и по другим признакам. – Так, значит, тревоги вы не испытываете? Тогда до свидания. Если что, звоните «ноль два».
– Подождите, подождите!.. Куда вы пошли?! – заволновался Шельмин. – Что значит – звоните? Только что приходил один.
