— Эй, она ведь не собирается ""исправить"" меня, вновь делая слепой, да?
— Шайлин, как бы сильно я ненавидел то, что признаю это, но я не считаю, что ты именно та, кого нужно исправлять. А вот меня надо.
7
Зои
— Зои, ты меня слышишь?
Я поняла, что пока я неистово вычищала Персефону, Ленобия подошла к стойлу, и заговорила со мной. Ну, точнее я поняла, что она произнесла слова. Вслух. Обращаясь ко мне. Но я действительно не слышала их. Я вздохнула и повернулась к преподавательнице верховой езды, прислонившись к крепкому боку кобылы и пытаясь получить спокойствие и энергию от ее знакомого присутствия.
— К сожалению, нет. Я не обратила внимания. Я очень растерянна. Что Вы сказали?
— Я спросила, что ты знаешь об этот парне Ауроксе.
— Ничего, за исключением того, что могу поклясться, что это не просто парень, — сказала я.
— Да, сплетни о том, что он оборотень, уже разнеслись по всему кампусу.
Я почувствовала, как мои глаза действительно стали большими.
— Вы серьезно? Они существуют? Как Сэм, его чокнутая вздорная мамаша и брат?
— Сэм?
— Настоящая Кровь, — объяснила я.
— Они оборотни. Они могут обращаться во все, что уже видели. Я полагаю. Хотя не думаю, что они могут обращаться в неодушевленные предметы. Господи, мне необходимо прочитать эту серию книг, чтобы удостоверится. И опять же, в любом случае, они существуют?
— М-мм, я не смотрю телик. И у меня никогда не было такой привычки. Мне тоже надо бы прочесть эту серию Настоящая кровь."
"— Да-да, серия Сьюки Стэкхаус, написанная потрясным человеческим автором по имени Шарлин Харрис.
— Я поймала взгляд Ленобии и поспешно добавила, — Ой, извините, я думаю Вам это совсем не интересно. План Б?
— Мой план Б — вернуться к твоему первоначальному вопросу, существует много неправдоподобных вещей… как в этом мире, так и в Потустороннем.
Я тяжело сглотнула.
— Согласна. Особенно про ту часть о Потустороннем мире.
— Тем не менее, доказательства существования оборотней есть в мифах и легендах многих культур.
Можно предположить, что по крайней мере некоторые из них основаны на правдивых историях.
— Я не могу разобраться то ли это хорошо, то ли плохо, — сказал я.
— Я думаю, лучшее, на что мы можем надеяться, в том, что хорошие мы или плохие — зависит только от нас. Что наводит меня на следующий вопрос. Наряду со сплетнями кампуса об Ауроксе и его способности, как минимум, менять форму, говорят, что у тебя довольно сильная реакция на него.
