Твою тачку увезли на сервис. Сделают и вернут.
Ядвига кивнула. Но поняла, что Степан мало что видит. Поэтому торопливо открыла двери в машину. Помогла ему сесть на пассажирское сиденье. А потом лихо запрыгнула за руль сама.
Двигатель легко завелся и заурчал. Ядвига сжала руль ладонями. Скосила взгляд на сидящего рядом Степана.
— Степ, я тоже случайно, — тихо проговорила Ядвига, — Ну, испугалась просто. Ты бы как-то раньше крикнул, что это ты. А то знаешь, темно было.
— Ой, молчи лучше, — оборвал сумбурный поток слов Ажур.
Если бы так сильно не горело лицо, он бы даже рассмеялся. И потом, тихое обращение «Степа» звучало очень даже мило.
***
Ядвига Петровна чувствовала себя крайне неуютно. Несмотря на то, что ее нечаянный пациент мирно спал в своей постельке, Ягушка не торопилась исчезать."
"Разумеется, ее не испугали угрозы Степана, пусть он в красках и вполне доходчиво поведал о том, какие кары ее ждут, если утром мужчина не найдет ее в своей квартире.
Разумеется, девушку не могла остановить запертая дверь с отличным замком и спрятанный в сейф ключ от этой новомодной двери.
Почему она не исчезла из квартиры Ажурова? Девчонка предпочла оправдаться бесплатным завтраком. К тому же Степан пообещал забыть «досадное недоразумение» в виде кражи денежной суммы и нападения посредствам перцового баллончика.
Да, определенно, поэтому Ядвига стояла сейчас перед окном на просторном балконе, смотрела в звездное небо, и не пыталась сбежать от странного, по ее меркам, парня.
Ядвига ни минуты не сомневалась в том, что Ажуров был странным, немного двинутым и лишенным инстинкта самосохранения. Ведь нормальный человек не станет терпеть ее выходки, еще и оставлять на всю ночь под крышей своего дома.
Тихие шаги за спиной заставили Ядвигу вздрогнуть. Но она не подала вида, что испугалась. Так и стояла лицом к ночному городу, считая звезды и рассматривая облака.
— Не спится? — голос Степана был непривычно хриплым. Словно мужчина спал и только что проснулся.
Вероятно, так оно и было.
— А тебе? — вопросом на вопрос ответила Яга, — Как самочувствие?
— Сносно, — Степан сел в плетеное кресло у стены и вытянул длинные ноги, — Ты так и не ответила, Ягуша, куда тратишь ворованные деньги.
От тихого напоминания Ядвига поморщилась. У нее не были никакого желания изливать душу именно этому человеку. Пусть он и был едва ли ни единственным, с кем она общалась в последнее время очень и очень близко.
