Я постоянно возвращался к семье, понимая, что лодка, кажется, шла упрямо ко дну и, наверное, требовалось спасать все. Только вот, как оказалось, это нужно было мне одному…
Глава 9.
Мне не понравилось и то, что говорил Клим, и то, что требовалось от меня сделать. Жестокие игры тех, кто считал себя пупом земли обходили меня ранее стороной, и я до сих пор хотела, чтобы так и оставалось.
Муж преследовал свои цели и, наверное, будь я меркантильной, то с радостью бы приняла правила, подчиняясь беспрекословно.
Но сейчас… он слишком многого требовал.
А я смотрела на Клима и не узнавала в этом расчётливом человеке мужа, которого безумного полюбила однажды. За какой-то короткий промежуток он внезапно превратился в холодного, жесткого порой, и это вызывало ледяной страх, расползающийся паутиной внутри.
– А если у меня не получится? – рискнула я задавать вопрос Климу, как мне казалось, совершенно логичный. С чего он вдруг вообще решил, что эта Демина будет рада знакомству со мной и тут же начнет выкладывать все секреты!
Клим замолчал, несколько секунд прожигал меня огненным взглядом, от которого хотелось закрыть руками лицо.
Слишком остро и некомфортно это было.
– А ты постарайся, чтобы получилось, Кристина.
Его рука коснулась моего лица, провела по скуле, дотронулась до подбородка, больно его сжав."
"Мне пришлось вскинуть взгляд, смотря на мужа, а он, шагнув ко мне ближе, процедил:
– В твоих интересах сделать все так, чтобы дело было у нас в кармане. Ты же не хочешь пожалеть?
– Не хочу, – сглотнув огромный ком, прохрипела я.
Клим не разрывал зрительного контакта, внимательно смотрел в мои глаза, стараясь увидеть там полное подчинение.
А мне хотелось вырваться из этих оков, убежать, спрятаться. Все противилось его просьбе. Это было гадко, неприятно. Я никогда так не опускалась и сейчас притвориться ради выгоды было сложно!
– Вот и умница, – улыбнулся он, тут же отпустив меня и шагнув назад. – Давай, детка, не провали миссию. И в горе, и в радости же…
Я кивнула, поспешив остаться в одиночестве.
На дрожащих ногах поднялась в комнату, тут же рванув в душ. Закрыла дверь, сползла по стене, зажав рот рукой. Сидя на холодном кафеле я горько плакала, боясь происходящего. Но показать свой страх мужу не могла. Он загнал меня в какую-то ловушку и как из нее выбраться, я пока не догадывалась.
У меня язык не поворачивался рассказать все Марине, хотя, наверное, стоило с кем-то поделиться.
