На развод или на то, что Люба и Богдан перешагнут этот кризис?
Признаюсь, я не видел в Любе невестку. Сомнительная семья с отцом-игроком, большие долги и порушенные планы беременностью Любы. Не хотел я так рано женить сына.
Он же не нагулялся, не прочувствовал жизнь, в которой много женщин и соблазнов.
Он лишился важного периода своей жизни, в которой мальчик становится мужчиной, а только потом мужем и отцом.
Поэтому я не был удивлен его связи с Кристиной. Он мальчишкой вступил в брак, взвалил из-за любви и упрямства на свои плечи ту ответственность, от которой часто бегут взрослые мужики.
Вот его в какой-то момент и дернуло в сторону.
Люба вряд ли поймет.
Для нее брак и семья — что-то воздушное, мягкое и теплое. Без серьезных проблем и сложностей, которые могут напугать ее и вызвать в ней истерику. Милая и наивная принцесса.
Однако.
Я могу и ошибаться, потому что она не побежала устраивать открытый скандал и отпустила
Аркадия ко мне.
Не стала его втягивать в свои обиды и не искала в ребенке защиту от злого и нехорошего папы.
И в каком-то смысле позволила мне выступить третьей стороной в конфликте, который надо вывести из тайны в правду, но без эмоциональных взрывов, криков и паники, что мир рушится.
— Она так и не сказала, что развода не будет, — Аркадий уже минуту буравит злым взглядом секатор в руке.
— Дай отцу и матери сейчас разобраться между собой.
— Что могло произойти? — переводит на меня взгляд.
— Для начала они между собой должны договориться, — отвечаю спокойно и подрезаю тонкую веточку гортензии, — а потом уже и до вас со Светой очередь дойдет.
— А если реально разведутся?
— Ну, — пожимаю плечами, — значит, разведутся, — перевожу взгляд на бледного Аркаши, — это не твоя ответственность. Если разведутся, то таково будет их решение. Это их жизнь, Аркаша, и сейчас она подошла к той точке, за которой их ждет серьезная трансформация.
— В каком смысле?
— Они посмотрят друг на друга иначе, — откладываю секатор на влажную землю.
— Это можно сказать, будет их второе знакомство друг с другом.
— Фигня какая.
— Зато очень увлекательная фигня, — тяжело встаю, и у меня тихо похрустывают колени.
Хочу на пенсию.
Я готов полностью посвятить себя саду и другим старческим интересам.
— Пошли чай попьем.
— Ты знаешь, да, из-за чего мама и папа поссорились? — спрашивает меня Аркадий и нехотя следует за мной.
— Конечно, — оглядываюсь. — Но посвятить тебя в эту проблему должен отец, но у него есть свои причины все это замалчивать, Аркаша.
