— Злая, обиженная девочка, которая любит обзываться и кричать. Упрямая и умная.
Поделала фотографии твоего отца и показала их мне, а я поверила.
— Света тоже громкая, упрямая, много кричала в свои пятнадцать лет и подделывала ваши с отцом подписи.
— Что? — перевожу на Аркадия недоуменный взгляд
— Вот черт, — шепчет Аркадий. — Я ей клялся чуть не на крови молчать об этом."
"Да, она реально взяла с меня клятву, но я думаю, что ее время истекло, да?
Я вскидываю бровь.
— Не хочу сейчас ни с кем знакомиться, — Аркаша качает головой и отворачивается, — тем более со второй Светой.
Одной Светы мне было остаточно, — чешет щеку, — а она?
— Что она?
— Рвется в нашу семью?
— Быть вам сестричкой у нее нет желания, — массирую виски. — И она испугалась, когда я сказала, что о ней узнают ты и Света. Сильно испугалась.
— Что мы такие страшные, что ли? — Аркаша кривится.
— Да, — серьезно смотрю на сына. — Страшные тем, что вы любимые дети, а она — ошибка.
— Почему… Почему, мам…
— Что?
— Почему ты на нее не злишься?
— Не знаю, — усмехаюсь, — может, потому что дура и лохушка, но важное уточнение… мамочкой для нее не хочу быть, но и ненавидеть тоже отказываюсь.
Аркадий хмурится сильнее, а потом тихо заявляет:
— Папа тебя любит.
— Все куда сложнее…
— Ты его любишь.
— Аркаша…
— Ну, раз бывает, что женятся без любви, то и разводиться могут по любви, — встает и поправляет футболку, вздыхает и шагает мимо. — Поеду к нашей истеричке, — косится на меня и поясняет, —
Светке.
Я сегодня прям парламентер.
Может, нафиг инженерное дело и поступить на международные отношения? Стать дипломатом?
М?
Глава 53. Ты пришел ее успокоить или окончательно
Добить?
— Где Светка? — скидываю кроссовки к туфлям на высоких каблуках. — Светоха!
Света не любит когда я называю ее Светохой. Очень не любит. На это и расчёт, что она сейчас взбесится и явится ко мне разъяренной фурией.
— Ты бы хоть предупредил, что приедешь, — Андрей закрывает дверь и разворачивается ко мне.
— Или тебя тоже просветили в семейные тайны.
— Ага, просветили, — делаю несколько шагов. — Светоха-картоха, выползай!
— Спит она, — Андрей вздыхает.
Оглядываюсь и хмыкаю:
— Это мы так распереживались, что аж заснули?
— Она много плакала.
— А, что, кто-то умер?
Андрей недоуменно вскидывает бровь.
Дедушка однажды мне сказал, что однажды я столкнусь с тем, что мне придется взять ответственность за семью.
За каждого из моих родных. Даже за отца.
