И пусть Вы учились у меня совсем недолго и я не могу присудить Вам много баллов, но Вы хотя бы задаете интересные вопросы…
— Как Вы сказали? — перехватило у меня дыхание. — Один сон? Не разные?..
Про оценки и завтрашние экзамены я уже не слушала — не до того.
— Простите, мэтр Друмис, мне надо бежать! Спасибо Вам!
Стремглав я бросилась из кабинета преподавателя, следом загромыхала тяжелыми ботинками охрана. При них, наверно, не стоило совершать резких движений; тренированные боевики быстрее доверятся рефлексам, чем сообразят, что я в кандалах Тротта и в плане магии не опасна.
Перешла с бега на быстрый шаг, махнув мордоворотам, мол, все в порядке.
Шесть вечера. Совсем не время для сна, но если мое подозрение верно… На кровать я рухнула, не раздеваясь, сгребла в охапку негодующего манса, разомлевшего на подоконнике.
— Греттен! Спать! Сейчас!
Мохнатое чудище спорить не стало, но по лбу мне прилетело когтистой лапой довольно чувствительно. Это уже было неважно, через пару секунд мы неслись сквозь черное пространство, разбавленное в этот неурочный час лишь небольшим количеством светлых точек, к одной ярко сияющей сфере.
Чтобы его светлость спал в шесть вечера в такое беспокойное нынче время?! Мне показалось, сфера стала еще больше и свет от нее шел такой плотный, уверенный.
— Давай внутрь. И будь рядом.
Внутрь не получилось. Оболочка мягко спружинила, но не поддалась. Манс глухо заворчал и попытался снова. Но беспрепятственные прежде облака словно превратились в густое желе. Манс полоснул оболочку своими устрашающими когтями, та поддалась легко, но тут же порезы сомкнулись обратно.
— Греттен, миленький, ну же!"
"И манс, зарычав, быстро заработал лапами, продираясь сквозь препятствие. Внутри была ночь. Та же опустевшая столица, откуда я проснулась в последний раз. И тьма, хоть глаз выколи. Небольшим усилием мысли зажгла фонари на улице и заметила Шентию сидящим за столиком летнего кафе. И снова с закрытыми глазами.
Это действительно один и тот же сон, а не разные. Он просто не заканчивался.
А эта сфера даже не исчезала, она всегда здесь…
— Любовь моя, — пригвоздил меня к месту родной голос.
От неожиданных слов пробежали мурашки по спине и в животе все как-то сжалось. Его светлость мягко смотрел на меня, улыбаясь. У меня защипало в глазах от того, что я услышала. Но вместе с тем окрепла уверенность, что весь этот сон какой-то неправильный.
— Вам нужно проснуться, — стиснув зубы, увернулась я от желанных объятий. — Вы спите уже четвертые сутки.
