Пусть пялится, внимание рассеется, а я обязательно что-то сделаю, чтобы выбраться.
Вышла в комнату, где ждет меня мужчина. Замерла на пороге, разглядывая его и держа в руках стопку своей одежды. Он оглянулся, его черные глаза блеснули желанием, в брюках образовался внушительный бугор, а у меня во рту пересохло от страха.
–Это надень, – швыряет в меня черный кожаный ошейник. – Чтобы знала свое место.
Пугающий атрибут со звоном бляшки упал на пол у моих ног.
– Мне повторить? И положи куда-нибудь это барахло! Оно тебе больше не понадобится, – взгляд мужчины блуждает по моему телу, замирая на его выпуклостях и округлостях.
– Можно мне воды? – прошу его. – Пожалуйста, – наклоняюсь, чтобы поднять символ рабства, крепче сжимая в руке свои вещи.
Он молча прошел к кухонному островку, взял стакан, плеснул в него воды.
Хищник не торопится, он уже расслабился, думая, что победил, загнал свою жертву в угол. Я быстро застегнула ошейник, он неприятно трет нежную кожу, но это такие мелочи по сравнению с тем, как мой похититель вдруг оказался слишком близко.
Теперь нет запаха пота. От него веет туалетной водой и гелем для душа. Готовился, сволочь!
– Держи, – протянул мне наполненный до краев стакан. – Меня называют Призраком, – заговорил он. – Если ты будешь умницей сегодня, – ведет тыльной стороной ладони по щеке.
Мне стоит огромных усилий, чтобы не отвернуться.
– Я назову тебе свое имя. Ты мне нравишься. В тебе живет огонь, которого мне так не хватает темными ночами.
В благодарность за послушание я подарю тебе лучшие наряды, сделаю старшей в гареме, и остальные женщины будут тебе подчиняться. Но все это, – усмехается это недоделанное приведение. – Нужно еще заслужить! – хватает меня за волосы так, что из глаз летят искры. – А если нет, – шипит прямо в губы. – Я уничтожу тебя. Отдам всему своему отряду, а если ты выживешь после этого, будешь убирать хлев и жить там же, с овцами! Поняла?! – не дав мне ответить, впивается жестким поцелуем в
губы.
Наглый, мерзкий язык пытается протолкнуться в рот. Я не впускаю, его кулак на затылке сжимается сильнее. Стон и вот он уже имеет мой рот, как полноправный хозяин, но я принадлежу лишь одному мужчине. И этот – точно не он!
Соленые слезы обиды и страха все же срываются с ресниц. Призрак хватает меня за ошейник, тащит за собой в спальню, а я крепче прижимаю к себе свои вещи. Здесь огромная кровать. Я такие видела только в самых неприличных фильмах.
