С моей подачи Зела берёт командование на себя, и альвы занимаются обустройством траншей.
— Хех, сложно будет изобразить, что филиппинцы одерживают верх, — ворчит Ледзор, почесывая обухом топора грудь. — Они ведь слабачьё. Да и сканеры у них есть.
Я киваю на стоящий у развороченного грузовика мотоцикл с коляской — старенький, армейский, но на ходу, раз филиппинцы пригнали.
— Насчёт сканеров ты точно подметил. Поехали проведаем их.
— Хо-хо! Конечно, граф! — Ледзор запрыгивает на байк, а я сажусь в коляску.
Двигатель рычит, рвётся вперёд.
Мы влетаем в чащу — навстречу отряду филиппинцев.
Глава 8
Ледзор ведёт байк как бешеный. Мы едва не влетаем в пальму, на повороте коляску подбрасывает, и я чудом не вываливаюсь, вцепившись в край рамы обеими руками.
— Одиннадцатипалый, ты вообще водить умеешь⁈ — бросаю по мыслеречи.
— Граф, обижаешь, хо-хо! Мне сто лет в обед! Я умею ездить на всём! — восклицает морхал вслух, но тут же добавляет: — Правда, на разных транспортах по-разному хорошо…
Мои перепончатые пальцы! Вот так и надейся на чужой опыт.
На всякий случай накидываю доспех Тьмы.
— Пора, — бросаю спустя десять минут тряски.
Чудом не разбившись, мы резко тормозим на лесной тропе. Байк бросаем в кусты и быстро маскируем: я активирую легионера-друида, и несколько пушистых веток мягко накрывают транспорт, скрывая зеленью. Закончив с маскировкой, дальше идём пешком, под ментальной маскировкой. С Одиннадцатипалым удобно ходить на такие вылазки. Его сканеры не видят так же, как и меня.
— О, инжир! — на ходу Ледзор срывает дикорастущий фрукт и тут же закидывает в рот.
— Громко не чавкай — за той лесополосой филиппинцы.
Уже слышно, как гудит колонна грузовиков. Местные боевики движутся к нам. Я углубляю в колонну ментальные щупы и быстро определяю нужные цели. Всего трое неплохих сканеров. Эти ребята могут помешать моей задумке. Надо убрать их до того, как они успеют предупредить командира: «Бежим без оглядки! У них два Грандмастера и куча Мастеров».
Первым делом зову Ломтика — и малой, сонно позёвывая, выходит из тени ближайшего дерева, при этом странно шлёпая.
Ледзор присвистывает: вместо привычных щенячьих лап — четыре широких плавника.
— Ломоть, это что такое? — прищуриваюсь. — Зачем ты вдруг тюленем заделался?
— Тяв! — он хлопает плавниками о землю, и те с мягким чмоком стягиваются обратно в собачьи лапки.
Похоже, химерная вакцина на малом сработала слишком эффективно. Теперь Ломтик может менять формы частей тела и отращивать что угодно.
