В строгом костюме, белой рубашке и двумя пистолетами…
Вот кто опасный и страшный…
********* ********
Чех
Петр вернулся, когда Лея с Рустамом ушли. Он профи, поэтому мы знали, найти его не получится, если он сам не захочет.
Никогда не думал, что придется убить друга. Что кто-то из моих людей может предать! Нанести удар в спину! Не пощажу…
Мы искали Зураба. Только он мог хотеть получить Лею. Звонок, сделанный за несколько часов до исчезновения Леи с телефона Оли, подтверждал нашу догадку. Зураб, как сквозь землю провалился.
Мой агент вышел из игры, когда произвели аресты, у нас не было ни одной зацепки.
Все управление стояло на ушах. Все полицейские Москвы и области были подняты по тревоге!"
"Я старался держать себя в руках, но не получалось. Привычный контроль утерян. Петр и генерал первыми попали под раздачу! Какой нахрен расслабиться в баньке, пока Зураба не взяли?!
Никаких следов сопротивления в доме не было обнаружено. Лея бы не сдалась, если только… Даже думать не хотел, что он ей вред причинил.
Рустам позвонил сам. По сигналу телефона мы могли обнаружить их место нахождения с точностью до двух метров, но он сам назвал адрес. Не было времени выяснять детали. Все виновные понесут наказание!
Зураб дал повод его убить. Он протянул руки к Лее, а я предупреждал. Нельзя трогать мое. Никто не мог меня остановить. Больше Зураб не тронет никого, кто мне дорог. Больше не будет невинных жертв этого морального урода.
Я спустился с вертушки.
Видел сверху, что Лея прячется за стеной. Она находилась в относительной безопасности, но мне необходимо лично убедиться, что она не пострадала. Нужно ее увидеть… обнять. В сторону Рустам и его жены не смотрел. Устрою прямо здесь самосуд. И ведь никто не остановит. Меня изнутри разрывает от бешенства.
«Первым делом Лея» — напоминаю себе. Нужно убедиться, что она не ранена. Спешу к ней.
Она сидела на холодной влажной земле и вытирала слезы.
Очень сильная маленькая женщина не любила быть слабой. Сердце сжалось, я присел возле нее на корточки…
Что за!.. на меня со всего маху налетела Оля. Ее руки оставались связанными. Рот заклеен скотчем, но она что-то громко мычала и пыталась прижаться ко мне.
Убрал от себя ее тело и тихим, но угрожающим голосом произнес:
— Я дал тебе шанс. Ты им не воспользовалась. Предательства не прощу, — Оля замотала головой, смотрит, как преданная собака на хозяина. Лицемерка.
