Светлана как раз смотрела наверх, сквозь распускающуюся на деревьях молодую листву.
К сожалению, настолько ушла в себя, что споткнулась об старую ветку и не смогла выровнять положение, как будто тут вовсе не спортивная девушка в самом расцвете сил.
Успел шагнуть ближе и аккуратно подхватить её за живот и плечо.
— Мы уже скоро сможем отдохнуть, продержись ещё немного.
Света немного опасливо посмотрела на меня, когда я выровнял её положение и отступил. Поджала губы и кивнула.
— Это просто усталость, не нужно обо мне беспокоиться.
Отец, нет.
Дмитрий явно хотел взять дочку под руку, но она бодрым шагом пошла дальше. Правда вскоре потеряла темп.
«Поправь меня, если я не права», — заговорила ИскИн. — «Она старается не показывать слабость? Или просто не хочет выглядеть слабой перед отцом?»
«Ты хорошо понимаешь людей», — ответил я с некоторым удивлением. — «Да, мы пока слишком мало знакомы, чтобы достоверно судить о причинах. Скорее всего, она либо очень горда собой и потому в штыки воспринимает поддержку и ненавидит показывать слабость, тем самым как бы понижая свой статус в глазах других.
Либо… пожалуй, скорее беспокоится о том, что и без того ослабший и раненный отец будет больше переживать за неё. Я уважаю людей с сильной волей. Пожалуй, надо проявить сочувствие. Я в каком-то роде понимаю их чувства».
Девушка уверенно шла впереди по явно знакомому лесу.
— Если тебе нужен целитель, можем поспешить. Я могу донести тебя.
Она бросила взгляд на меня, немного отодвинувшись к отцу.
— Нет, вот уж точно не стоит. Нас плохо кормили, и мы просто устали. Не нужно смотреть на нас сверху вниз. Отец, я совершенно точно в полном порядке. За себя переживай!
— Света, я может, уже немолод, но разрушение дара ещё не повод смотреть на меня снисходительно, — он положил руку девушке на плечо. Эх, дочка, я погляжу, вся в отца.
«Яблочко от яблоньки», — повторила мои мысли ИскИн. — «Кстати яблочки у неё ничего».
Последнее, что ожидал услышать от машины, это пошлость.
«Что?» — переспросил я.
«Ну, щёчки как налитые яблочки, выражение такое. А ты о чём подумал?»
Отвечать не стал и глубоко задумался. Это я такой испорченный? Ведь тон ИскИна казался искренне недоумевающим насчёт моего вопроса. Но было в нём что-то едва уловимое, какое-то… ехидство.
Как когда-то говорили разработчики искусственного интеллекта: «Я боюсь не того, что машина пройдёт тест Тьюринга, а то, что она намеренно его провалит».
