Из моего затуманенного зрения я могу различить ее силуэт, впивающийся в лицо Лэндона.
— Я сказал ему держаться подальше, он не послушал, так что я просто преподаю ему ценный урок, маленькая принцесса.
— А кто ты, черт возьми, такой, чтобы преподавать людям уроки? Ты действительно считаешь себя богом? Новость, это не так.
— Он манипулирует тобой и в конце концов причинит тебе боль.
— Это все равно не повод для беспокойства.
— Ты не знаешь, что для тебя хорошо, Глин.
— Я достаточно взрослая, чтобы сделать свой собственный жизненный выбор, и я выбираю его.
Я наконец-то выбираю кого-то сама, без того, чтобы они шли через твой процесс одобрения. Разве ты не можешь позволить мне это?
Могу ли я поцеловать ее и не умереть? Вообще-то, я не против умереть ради этого поцелуя.
— Нет, — пренебрежительно говорит Лэндон. — Теперь, возьми Брэна и уходи.
— Нет.
— Что, блядь, ты только что сказал?
— Я сказал нет, Лэн. Нет, блядь. Я устала от твоего контроля и хождения вокруг тебя на цыпочках, и избегания тебя.
Я так чертовски устала. Просто остановись. Перестань вести себя так из ряда вон выходяще, перестань заставлять нас бояться тебя. Мы не должны бояться собственного брата.
— Глин... — Брэн подходит к ней, пытаясь притянуть ее обратно, но моя чертова девчонка выскальзывает из его рук.
— Нет, мы сделаем это, Брэн.
— Это мой билет на выход. — Илай машет рукой. — Счастливой семейной встречи, Кинги.
Брэн смягчает голос.
— Глин, сейчас неподходящее время.
— А когда наступит подходящее время? Как долго мы должны от него прятаться? Сейчас самое подходящее время сказать ему, что мы перестали притворяться, что он нравится маме и папе.
Хватит прикрывать его действия и выставлять его идеальным гением, хотя он всего лишь бесчувственный человек. Ты должен быть на нашей стороне, а не против нас, Лэн. Мы семья, а не враги. Брэн — твой брат-близнец, а не соперник. Я твоя сестра, а не твоя чертова собственность.
— Словесная рвота закончилась? — Выражение лица Лэндона не меняется, но голос звучит раздраженно.
Все верно. Я надавила прямо туда, где больно.
Я сказал ему, что он не нравится братьям и сестре, и теперь он видит доказательство.
— Нет, — говорит Глиндон. — Ты отпустишь Киллиана и перестанешь вмешиваться в мои дела.
— А если я откажусь?
— Я расскажу дедушке, папе и дяде. Когда они узнают обо всех твоих поступках, они посадят тебя на поводок.
— Ты мне угрожаешь?
— Точно так же, как ты угрожал нам всю нашу жизнь.
