Возможно, для него это заурядный эпизод, а может быть, тонко продуманная акция, чтобы подчеркнуть свою непричастность к нападению на автобус.
— Хитрый мужик?
— По части изворотливости — гений с задатками умного лидера. Чтобы стать «крестным отцом» кузнецкой мафии, чужими руками убрал со своего пути около десятка уголовных «авторитетов». Кости ни одного из них до сих пор не обнаружены. В перечне нераскрытых преступлений наши острословы окрестили их: «Унесенные ветром».
— И за такие дела ни разу не попался?
— Шахтерский Кузнецк — это не ваш тихий райцентр, где, кроме как на халяву приватизировать начальственный коттедж, урвать нечего.
Первоначальный дележ государственного богатства у нас шел по принципу: «Убей, иначе убьют тебя». Череда кровавых разборок и заказных убийств казалась нескончаемой. В этой бойне гибли не только участники разборок и пытавшиеся навести порядок сотрудники милиции. Отстреливали принципиально честных чиновников и следователей, кто становился на пути у жаждущих жирного куска.
Для устрашения был даже запущен циничный афоризм: «Принципиальные долго не живут».
— Тебе тоже угрожали?
— Еще как! Дважды нанимали киллеров. Однако я, наверно, в бронежилете родился, — с улыбкой сказал Таран и продолжил: — В такой обстановке появление Пузырева, который взялся приводить братву к «присяге» единому лидеру, отцы города восприняли как избавление от беспредела. А руководство УВД, чтобы не перечить властям, сделало вид, будто считает лидирующего «авторитета» негласным помощником милиции по наведению порядка.
К чести Аскольда надо отметить, что, взяв власть над братвой, он не попер буром во власть государственную, как это делают не в меру амбициозные выходцы из криминального мира. Для удовлетворения честолюбия Пузыреву хватило городского рынка.
— Кто торгует на этом рынке?
— Не только местные «челноки», но и представители всех национальностей некогда Великого Союза.
— Выходцы с Кавказа есть?
— Фруктовая монополия в их руках.
— Я к тому это спросил, что на «провокаторе», остановившем автобус у Раздольного, была кавказская кепка.
Нет ли здесь связи с рыночными торговцами?
— Пузырев в борьбе за лидерство разгромил все национальные группировки в первую очередь. Сомневаюсь, чтобы Аскольд сейчас в своей рыночной империи допустил зарождение нового нацкриминала. Кепка — это, скорее всего, тень на плетень. Вроде фальшивой челюсти «провокатора», труп которого наверняка расчленили, и собрать его кусочки вряд ли удастся.
