Книга Последний из рыцарей — читать онлайн бесплатно полностью

 — Однажды, очень давно, Маттиас по секрету рассказал мне, что, когда Тристану было пятнадцать лет, он обратился к нему по поводу какого-то недуга. Поэтому я догадывался, что необычное поведение Тристана объясняется какой-то серьезной болезнью, тем более я знал, что Маттиас дал ему то же средство, которое он в свое время давал Олине. Все остальное я понял, наблюдая за душевным состоянием Тристана. Да, мне многое известно о нем. Он был очень несчастен, и я не раз опасался, как бы он не попробовал свести счеты с жизнью.

Доминик повернулся к Хильдегард.

— Поэтому, Ваше Высочество, я очень обрадовался, увидев его таким счастливым. Ваше общество преобразило его. По-моему, он прав, желая объявить своим ребенка Марины. В их судьбах много схожего. Он стал отцом в пятнадцать лет. Она станет матерью в четырнадцать. В этом возрасте трудно брать на себя какую бы то ни было ответственность. Я прав? — спросил он у вернувшегося в спальню Тристана.

Тристан все еще был очень бледен, у него побелели даже губы.

— Да, — пробормотал он. — Конечно, ты прав.

Хильдегард взяла его руку в свои, и он сел на край ее кровати, однако взгляд его был устремлен на родственников.

Наконец Хильдегард осмелилась задать вопрос, который давно вертелся у нее на языке:

— А Ульвхедин знает о том, что Тристан его отец?

— Нет, — со вздохом признался Доминик. — Мы не решились сказать ему об этом. Хотели сперва поговорить с Тристаном.

Тристан вздрогнул.

— Мне бы не хотелось, чтобы он узнал об этом в моем присутствии.

Виллему всплеснула руками.

— Какие же вы трусы! Повторяется история с Мариной. Как хотите, а я считаю, что мне следует рассказать ей о предстоящих родах.

Лицо Тристана исказила гримаса боли.

— Сперва ты должна получше с ней познакомиться. Спустись в прихожую, она как раз возвращается из парка.

— А Ульвхедин?

Благородное лицо Тристана помрачнело.

— Его я не видел.

— Хорошо, — сказала Виллему. — Я иду.

Пока она отсутствовала, Тристан расспрашивал Доминика об остальных членах семьи.

Виллему была очень мрачна.

— Я не знала, что дело обстоит так худо, — тихо призналась она. — Бедная девочка. Она на грани безумия.