Выкладывайте все, что у нас на нее есть.
– Видео, где они с девчонками нападают на Микаэлу, – говорит Джейк. – И рассказы тех, кому Айрис навредила.
– Этого мало.
– Мало правды от пострадавших? – уточняет Олли."
"– Именно. Может, есть какие-то грязные подробности. Ники, она не изливала тебе душу? Девчонки любят заниматься подобной херней.
– Отца нет, мать пьет. – Сев на капот, Ник выдыхает сигаретный дым в морозный воздух. – Она говорила, что несколько раз воровала в магазинах вещи, но где именно понятия не имею.
– Тоже мало.
– Что еще тебе нужно, Рэм? – спрашиваю я. – Повесим на нее убийство Кеннеди?
– Нужны не слова, а доказательства, как в суде. Если мы придем к директору и скажем, что Айрис обижает девочек, а потом этих девочек спросят, и они соврут от страха отхватить неприятностей, то нас выставят лжецами и отстранят уже нас. Нужно поговорить с жертвами, нужны живые голоса, а не наши сказки.
– Я попробую, – выдыхаю я.
– Нет, не ты. – Рэм цокает языком и по очереди указывает на парней. – Ты, ты, ты и я.
Девочки любят жаловаться, так? А еще больше они любят жаловаться красивым мальчикам, ну и, возможно, тебе тоже, Ник.
– Заткнись, – усмехается тот.
– Мы должны убедить их, что, сказав правду, они будут в безопасности.
– План так себе. – Я качаю головой. – Помните, что случилось с Селестой Морган в прошлом году? Ник поцеловал ее на школьной парковке, после этого Айрис затолкала ее в туалет, раздела, написала на ее спине помадой «шлюха» и вытолкнула полуголой в коридор. Кто-нибудь за нее заступился или объявил Айрис бойкот? Нет, Селеста просто молча перевелась в другую школу.
Простите, парни, но вы не вызываете доверия. На самом деле никто не вызывает, в нашей школе каждый сам за себя. Посмотрите, что случилось с Бэйли, большая часть девчонок не захочет говорить, потому что можно остаться без волос. Мы не заставим их говорить. И угрозами тоже, – добавляю я, как только Рэм раскрывает рот.
Парни замолкают.
На парковку заезжает машина, я плохо разбираюсь в марках, но выглядит она дорого.
Из салона выходят родители Бэйли и спешно идут в сторону административного здания. Я впервые вижу отца Бэйли, издалека он напоминает мне Чарли Ханнэма: красивый, высокий, широкоплечий мужчина со светлыми волосами, на нем костюм и расстегнутое пальто. Все в родителях Бэйли, начиная от машины представительского класса и заканчивая одеждой, не вписывается в обшарпанные декорации старшей школы Уэст-Мемфиса.
Переглянувшись, мы идем следом за родителями Бэйли.
