Такими вечерами я хочу поддаться слабости и сорваться к Роману и девочкам, чтобы заткнуть в себе бездонную дыру боли, но если я поддамся этой слабости, то ничего хорошего не выйдет.
Эти дикие эмоции, эта боль, тоска — враги.
Я должна обрести трезвость ума, чтобы действительно понять, чего я хочу от жизни и есть ли у меня силы на реализацию того желания, которое сжирает меня изнутри одинокими ночами.
Я хочу обратно к Роме, но он больше не тот молодой красавчик, отношения с которым походят на сказку о прекрасном принце.
Он — чудовище. Он вырвал мне сердце, а после сам напоролся на ржавую арматуру, что проткнула его в нескольких местах.
— А папа — это все-таки не мама, — недовольно прищелкивает языком Вася.
— Ты к чему это сказал? — недобро щурюсь на него.
— Она — милая, Валерия, — Вася не тушуется под моим горящим взглядом. Видимо, фразы репетировал не один раз. — Маленькая такая. Она даже кричать не умеет.
— Как ты думаешь, Вась, если я скажу Роме о твоих словах, — сжимаю руль до боли в костяшках, — то что будет? М?
— Меня, скажем так, уволят.
— Верно, а ты, похоже, не держишься за свою, так скажем, работу?
— Я решил, что должен был это сказать, — Вася решительно хмурит брови. — И я сказал.
Девочки у калитки терпеливо ждут, спрятав руки в карманы.
— Вась, — перехожу на шепот, — иди уже. И когда твой босс сидит в гостиной со стаканом воды, то просто сядь рядом, если ты так переживаешь.
— Не я должен сидеть рядом.
— А сядешь ты, — цежу сквозь зубы, теряя терпение. — Отвалите от меня! — бью ладонями по рулю и вновь смотрю на Васю, — только у мужиков все так просто, да? Просто пришла и села? Просто пришла и приняла ребенка, которого он натрахал с какой-то мразотой? Проваливай, Вася! Мозги делай своему боссу!
Поднимаю стекло и сдаю назад.
За забором показывает крыша с рыжей черепицей и второй этаж. Во втором окне справа застыла темная тень. Резко торможу и не могу отвести взгляда от этого знакомого силуэта.
— Привет, Рома, — выдыхаю я. — Ты все-таки решил показаться?
Глава 44.
Она чем-то похожа на маму
Моя жизнь стала другой, и я должен это принять. И признать, что Лера имеет полное право не желать вновь видеть меня и стараться “дружить” со мной, ведь мы не чужие друг другу люди.
И хорошо, что не дружит, потому что высок риск того, что если она переступит порог моего дома в желании соблюсти вежливость с бывшим супругом, то у этого самого бывшего супруга закатятся шарики за ролики.
Зайдет и я ее не выпущу.
Запру, и не позволю уйти.
