Я должна признаться, что меня царапает по сердцу то, что к нам в очередной раз выходит не Рома, а его верный пес.
Бывший муж не выглядывает из своего логова, а я отказываюсь в его новую нору даже на пару минут забежать.
Но боюсь я не самого хозяина, а его слабую маленькую и больную дочь.
Я не знаю, что со мной будет, когда я увижу крошечные пальчики, тонкие ручки и ножки в розовых пинетках.
Не хочу рисковать.
Выйдет Рома ко мне с дочерью на руках, небритый и с синяками, чтобы поздороваться, и меня накроет.
— Тогда мы пойдем, да? — неуверенно спрашивает Варя.
Киваю."
"По очереди подаются вперед, переваливаются ко мне и целуют в щеку, которую я подставляю под их губы.
— Папе что-нибудь передать? — уточняет Алина.
— Я ему перекинула ваши домашки, — отвечаю я. — Расписание внеклассных занятий.
Мы теперь только так общаемся.
Через мессенджер репостами и короткими сообщениями, в которых нет никаких эмоций. Они сухие, официальные и отстраненные.
Видимо, для Ромы такое общение со мной через буковки предпочтительнее, чем личные встречи и звонки, в которых мы друг друга обжигаем даже голосами.
Должно пройти время.
— Тогда ладно, — Варя натягивает на голову шапку. — Значит, за оценки мне не прилетит.
Перевожу взгляд в окно заднего вида:
— Да, про оценки я забыла. Сама ему расскажешь, как учудила на контрольной.
— Мы можем об этом умолчать?
— Нет.
— Блин.
Вася в приветствии кивает мне и распахивает заднюю боковую дверцу:
— Привет, бандитки.
— Вась, — цыкаю я, намекая, что я очень недовольна.
— Пардон, вырвалось.
Девочки неуклюже выползают из машины, и Вася захлопывает дверцу. Затем он достает из багажника рюкзаки девочек, которые у калитки оглядываются и машут мне.
Я поднимаю ладонь, и меня подбрасывает от испуга, когда Вася стучит по стеклу.
— Вася, блин, — опускаю стекло, — ты меня напугал.
— Я просто решил, что надо лично поздороваться, — наклоняется к открытому окну с улыбкой, — как у вас дела?
— Нормально.
— У нас тоже, наверное, нормально, — Вася медленно моргает.
— Целыми днями никуда не выходим…
— Вась…
— Даже во двор, — Вася вздыхает. — А когда Ива наконец-то спит, мы просто сидим в пустой гостиной со стаканом воды в руке и смотрим в одну точку.
— Девочки его взбодрят, — перевожу взгляд на Васю. — И да, декрет это не про улыбки и единорогов.
Меня саму ждет веселая неделя с тоской по дочерям и одинокими вечерами, в которых я борюсь сама с собой в тишине за столом на кухне.
