Но насчет «не забыли» усомниться себе позволю. Если и зашевелились, то только сейчас.
— Хорошо, поеду.
Встал и вышел из кабинета. Хоть дверью не хлопнул, сдержался.
На улице к «пырзику» подошел, уселся на капот, закурил, стараясь унять злость и начать думать трезво и спокойно. Снял очки, помассировал переносицу, потом их носовым платком протер, дыхнув на стекла. Спокойней, спокойней. Теперь думать надо, сильно-сильно думать. Неважно, когда они шевелиться начали, главное, что все же начали.
А я тоже думал, что делать.
Пока оттуда сюда ехал — все время думал. И сегодня думал, пока катался. И надо вот это все додумать, а лучше записать теперь в виде плана оперативных мероприятий, если угодно. Так что лучше ехать сейчас домой и садиться за стол, перекус не требуется, женщины накормили. Вот так и сделаю.
* * *Энгельса — это та самая, которая к платформе ведет, просто по ней дальше, за переезд. Частный сектор, потом поле широкое, затем слева опять домики, а справа бетонный забор части потянулся. В этом частном вояки, похоже, и живут.
Затем серая кирпичная будка КПП перед серыми металлическими воротами, в будке дежурный. Предъявил ему удостоверение, тот пропустил меня сразу.
— В штаб как попасть?
— Прямо все время, справа длинный корпус ЦБП будет, а как закончится, так слева штаб. Не промахнетесь.
— Спасибо.
«Пырзик» гордо вкатил в ворота части.
Справа парк, он за бетонным забором, но видны башенки двух бэтээров, стоящих близко, у одного механик в синей спецовке возится, открыв крышку двигателя.
Слева казарма пятиэтажная из неизменного силикатного кирпича, даже с виду в приличном состоянии. Даже общага офицерская, наверное, здесь же летчиков переучивали. Ее под ополчение, скорее всего, в порядке содержат. Дорога между кустов, вертолет на постаменте, за ним вдали узнаваемое здание военной столовой, у нас в бригаде по такому же проекту ее строили. Длинный корпус справа, на плацу группа бойцов в форме стоит, просто так, кучей, а вон и штаб, все как дежурный и объяснял.
Свернул туда, поставил машину рядом с «Уралом», у которого на бампере табличка «дежурный тягач». А так у штаба еще два уазика и КШМ.
В штабе знамени части не было, зато сидел дежурный по части в темном офицерском хэбэ, с погонами сержанта, который направил меня в комнату на первом этаже, оказавшуюся классом. Там я нашел двоих: довольно молодого лейтенанта, сидящего над картой, и капитана почти что моего возраста, усатого и коренастого, разбиравшего что-то в папке.
