Да нормально, — махнул он рукой. — Сима! Симуль! — призвал он фициантку. — Плесни нам с кирей по кругалю еще, л-лана?
— Сделаю, Петь, — кивнула та и пошла в шашлычную."
"Петя тут пасется постоянно, что объяснимо, если он на базаре налог собирает. А Сима не просто так, а «чья-то», потому что держится уверенно, не боится, что Петя спьяну забыкует. Впрочем, тут все чьим-то должно быть, место торговое, денежное. Кстати, интересно, как Петю корефаны гонят? Не должен он быть погонялом Петя, звучать нехорошо будет.
— Потом чё думаешь?
— Да к шалавам потом, чё еще.
— В «Сказку», что ли? — попробовал я подвинуть разговор в полезном направлении.
— Да ты чё, — Петя снова покачнулся. — «Сказка» кучеряво, но не в мазняк, там все лавэ спустишь, Бачила цены ломит. У кири хаза, туда. В буру скатаем, кайфу шмыгнем, сосок привезут. — Петя утер тыльной стороной ладони слюни с губ, снова поймал меня в фокус. — Кент раз сам в «Сказку» пошел, датый был сильно. Там кругаля поднесли и он, прикинь, враз закимал.
Зенки как открыл — а сам, прикинь, на улице лежит. Ни гаманца, ни волыны, калган трещит. Он к ним, а там ему типа чё кипишишь, ты тут бычил, мол, шмаре в нюх втер, берегов не видел, в долг катать хотел, чуть не на фуфел божился, а он четко помнит, что кругаль — и все. Так ваще кони шаркнуть мог, не предъявишь. В «Сказку» ходить — судьбу дрочить. Ну, если тока с кентами, тогда ладно.
— А, ну верно. Слушай, а ты Прокопа ведь знаешь? — наугад набросил, попутно открыв портсигар и предложив Пете папироску.
Тот не отказался, заломил втройную по-блатному, прикурил с моей зажигалки, чуть хлопнув по руке в благодарность.
— Прокопа? Из этих, с Пригородного?
— Шрам еще тут, — показал я пальцем. — Прокоп, Прапор, Саид, Шига… эта вся шобла.
— Ну да, на Пригородном живут, — Петя опять опасно кивнул. — А чё за него?
— Да дело к нему, а дом его забыл.
— Не в курсе за дом, не был у них. Отморозки в натуре.
В этом, в «Медведе» полукайся, они же там часто. Я бы не кентовался с ними, Прапор с города винта не зря нарезал, вообще не кажется.
— Я краем уха только… а чё там со шмарой вышло?
— Прапор их душить любил, когда шпарил, — Петя гыкнул. — Ну и удавил одну ваще для кайфа. Его на лавэ выставили, он башли зажал, беса гнал, короче, спросили, как с гада, взяли с него, что было, он потом год ливера лечил. А потом да, с Прокопом закентовался.
