Я вроде бы как обсудил это с Семенычем вечером, и мы оба пришли к выводу, что ломиться с рассветом не следует, нужна максимальная видимость. Мой же сеанс связи прошел незамеченным, притащить рацию обратно в полной, хоть глаз коли, лесной темноте было уже совсем несложно, так что подозрений ни у кого никаких не возникло.
— Я тут подумал, — подошел я к Семенычу, когда лагерь уже собирался, — ты прав, пожалуй. Загоню свой зилок в колонну за броню. Куда его, за «шишигой» или перед?
— Ставь перед, нормально будет.
— Колун, загоняй в колонну после второй брони! — крикнул я, затем повернулся с Семенычу: — Тут километров десять осталось, не больше. Пока пойду дозором, но у города прижмусь к колонне, там уже не отставайте. Связь установить надо, нацель радиста своего.
— Пошли. — Семеныч направился к командирскому БТР. — Василий, выглянь! — он постучал прикладом автомата в броню.
Из люка китайским болванчиком возник радист.
— Связь прими от дозора, — получил он немедленно команду.
Наши радиостанции с бортовой «раз-два-три» работают, так что связь установили быстро, без проблем. Пока все по плану идет, а вот как дальше… ладно, посмотрим.
— Держусь в километре примерно, — еще раз объявил я. — Перед поворотом на Ковынево встану, дождусь вас. И там уже доплюнуть можно.
— Это в городе или территория арсенала в Мончалово?
Поизучал Семеныч карты, не без того.
— В городе, у станции практически. Вагонами ведь шло, — дал я еще кусочек информации. — Там почти сразу увидишь, не ошибешься.
В Мончалово грузовиками с городской территории возили, если надо было.
— Ладно, понял. Двинули уже, что ли.
Я побежал к «козлу», который уже тарахтел прогретым двигателем. Прыгнул на командирское место, сказал Славяну:
— Все, едем.
Машина поехала вперед, колонна стояла на месте, дожидаясь команды к началу движения. Разведывать на самом деле было нечего, тут обо всем позаботились и без нас, так что больше выглядывали признаки наличия засады, но ничего не обнаруживалось.
С этой стороны к городу специально никто не подъезжал, так что и грязь на дороге неезженая, и все такое прочее. Вообще здесь люди редко бывают, как мне сказали, и радиации боятся, и взято в Ржеве все ценное давным-давно, ничего не осталось.
— «Серый» «Мойке», пока все чисто, начинайте движение, — передал я, проехав как раз километр примерно.
Дальше скорость тридцать километров в час, как согласовали, так и едем впереди.
