Да не картошкой груженные или мукой, а людьми. Причем, что особенно интересно, связанными оказались бойцы в форме Русской Императорской армии.
– Красавцы-то какие! – отметил Максим и, подняв отряд, поехал знакомиться с этими дельцами заново. Ведь выходило, что они где-то пленных эти полдня от них скрывали. Засранцы.
Когда грузовики заметили – извозчики с сопровождающими заметались. Кто-то даже выстрелил из винтовки пару раз в сторону русского отряда. Но, к счастью, промахнулся. А вот короткая очередь из пулеметов легла очень удачно, взрыв землю возле одной из подвод.
Поэтому слуги остановились и, побросав оружие, задрали руки. Воевать они как-то оказались не готовы. Тем более при таком раскладе.
– Кого я вижу! Карл! Ты ли это? – радостно произнес Максим приблизившись."
"Но тот оптимизма поручика не разделял. Даже напротив. Хотя внешне был предупредителен и попытался включить дурака. Мол, герр офицер, не хотелось беспокоить вас судьбой людей, сдавшихся в плен и уже не являющихся военнослужащими Русской Императорской армии.
А порядок требует препроводить их куда следует. И так далее. И тому подобное. Вот только не сумел полностью погасить в глазах отблеск ненависти с изрядной долей презрения. Да и Максим Федорович уже больше не желал играть в цивилизованного парня. Поэтому, подойдя, он пробил с подшага и разворота корпуса мощный удар кулаком в челюсть. Современная техника нанесения ударов начнет формироваться только в 20—30-е годы XX века на волне модернизации техники бокса. В 1914 году же это откровение.
Во всяком случае для Европы. Так что управляющий рухнул на землю и заелозил, пытаясь подняться. Но куда там! Только встал на карачки, как получил сапогом по ребрам, отбросившим его на пару шагов. На этом и успокоился, поняв, что рыпаться не стоит, пока не разрешат.
– Сапрыкин.
– Я!
– Развязать наших! Проверить, что с ними.
– Есть! – козырнул он, повторил приказ и бросился исполнять.
– Петренко.
– Я!
– Этих, – махнул поручик пистолетом на слуг из имения, – отвести в сторону и поставить кучей.
– А этого? – спросил Петренко, указывая на управляющего.
Бах!
Вздрогнул пистолет в руке поручика, прекращая мучения Карла. Ну и отвечая на вопрос солдата.
– Ваше благородие, – почти следом обратился Сапрыкин к Максиму.
– Да.
– Там… это…
– Что там?
– Да служанка там. Связанная.
– Служанка? – удивился Максим, переведя взгляд на вторую телегу, где его бойцы уже вытащили из сена зареванную Марту с хорошим таким бланшем под глазом.
