Зачем она оставила ему квартиру? Что ей в голову взбрело?! Чем Маша Тюрина перед ней так уж провинилась, что она взяла, да одной бумажкой лишила ее всего?! Три картины покойного мужа!
“Нет, стоп, – сказал себе Архипов. – Завещание – финал истории, а не начало. Начало-то мне и неизвестно. Для меня все началось только в минувшую пятницу”."
"В минувшую пятницу пришла Лизавета, наплела небылиц про ножи и круги с каббалистическими символами. Сказала, что инопланетный завод перепрограммировался с дисков на шланги, а у него, Архипова, душа кедра.
Просила не оставить девочку Машу, у которой никого нет, потому что она, Лизавета, непременно должна вскоре умереть. Силы зла и сущность разрушения уже приготовились, чтобы уничтожить ее, чему свидетельства – тот самый нож, предвестник смерти, и деревянный круг непонятного назначения. Еще она рассказала, что на днях ее пытались скинуть с лестницы, но не скинули, поскольку она исхитрилась позвонить в “нехорошую квартиру”, где коммунальный слесарь с супругой как раз праздновали День озеленителя или День работников искусств.
Самое поразительное, что на следующий день она на самом деле умерла. От сердечного приступа, как объяснила ее приемная дочь. У нее было плохое сердце, и она умерла.
Ни при чем нож и круг с каплями мутного воска. Откуда она знала, что умрет? Если она давно и привычно болела и могла умереть в любую минуту, почему эта минута настала как раз после визита к Архипову?!
Нож с символами и круг с восковыми потеками были вполне реальными, Архипов видел их собственными глазами.
Значит ли это, что покушение на лестнице тоже реальное, а не плод ее экзальтированного воображения? Значит ли это, что кто-то целенаправленно пугал сердечницу Лизавету, чтобы в один прекрасный момент напугать ее до смерти?!
Кто?! Зачем?!
Кому это выгодно? – вот вопрос.
Получалось так, что выгодно только ему, Владимиру Петровичу Архипову, ибо именно он унаследовал все Лизаветино имущество.
Наследник, черт побери все на свете!
Владимир Петрович опустил на глаза темные очки и обозрел бульвар через коричневые стекла.
Потом поднял очки на лоб и обозрел бульвар без всяких стекол.
Разница была огромной. Ночь – день. День – ночь.
Прошлой ночью кто-то открыл ключом дверь в квартиру покойной Лизаветы. Ее приемная дочь дежурила в больнице. Тинто Брасс поднял шум. Пока Архипов собрался с силами и выступил в дозор, прошло довольно много времени. Что там делал этот человек – неизвестно.
