Мой взгляд проследил за его взглядом в зеркале до слова, которое всегда заставляло меня кривиться.
— Мне нравится татуировка.
— Она еще не доделана.
Валерио потер костяшки пальцев, все еще глядя на мою спину. Костяшки его пальцев распухли.
— Что случилось?
Валерио любил скорость и действия, поэтому часто ходил в синяках, но только его костяшки были странными.
— Подрался с Мимо.
Мимо был одним из самых близких друзей Валерио.
— Почему? — спросила я, но меня не покидало чувство, что это как-то связано со мной.
Валерио пожал плечами. Я выжидательно подняла бровь.
— Он сказал кое-что о тебе.
— Что он сказал?
— Хотел узнать, правда ли то, что говорят люди."
"— Не позволяй мне вытаскивать из тебя слова, Валерио. Просто скажи.
— Если байкеры вытатуировали это слово на твоей спине, — пробормотал он, кивая на татуировку. — И он спросил, как выглядит твое ухо…
Я сглотнула. Какая-то часть меня надеялась, что это слово не станет известным, но даже если бы папа сказал своим людям закрыть рот, что-то подобное всегда находило выход.
Им просто нужно поговорить со своими женами, которые все являлись сплетницами. Я ненавидела то, что заставляло меня чувствовать, будто я сделала что-то не так, будто у меня были причины стыдиться.
— Я избил его. Его нос был в крови, а губа разбита. И я заставил его поклясться, что он никогда больше не будет об этом говорить, — с гордостью произнёс Валерио. Он коснулся моего плеча. — Все, кто говорит о тебе будут получать от меня.
Я благодарно улыбнулась ему.
Валерио был покладистым и больше напоминал мне дядю Маттео, чем отца. Хотя мама всегда говорила, что Валерио был похож на ее брата Фабиано, когда тот был мальчиком. Я видела Фабиано всего один или два раза в год, и он уже не был таким общительным и доступным. То, что Валерио ввязывался в драки ради меня, значило очень много.
— Спасибо. Ты самый лучший младший брат на свете.
Валерио наморщил нос.
— Я не такой уж и маленький. Я выше всех своих друзей.
Я потрепала его волосы.
— Конечно.
Я надела кардиган, устав смотреть на татуировку. Валерио был рядом. Я могла сказать, что он хочет еще чего-то.
— Что?
Он потирал затылок с овечьей ухмылкой.
— Могу я посмотреть на твое ухо?
Я замерла, осторожно прикоснувшись к бриллиантовой каффе, прикрывающей мочку отсутствующего уха. На лице Валерио появилось выражение детского любопытства, которое придало мне сил убрать каффу. Когда Валерио увидел мое ухо, его рот сложился в букву «о».
