Я не был уверен, что побудило меня сделать это, возможно, заботливое отношение Марселлы к Сантане, но я достал кольцо.
— Ты выйдешь за меня замуж? — спросил я.
Марселла подняла голову, ее глаза расширились. Я протянул кольцо. Оно не было современным и, конечно, не было таким дорогим, как большинство украшений Марселлы, даже близко, но я не мог представить, что подарю ей что-то другое. И тут я понял, каким же я был идиотом.
Марселла все еще стояла на коленях рядом с Сантаной и передо мной, тогда как на коленях должен был стоять я.
— Тупой идиот, — пробормотал я.
— Что? — спросила она, наполовину забавляясь, наполовину смущаясь.
Я опустился на колени рядом с ней.
— Я знаю, что так не должно быть, но ты выйдешь за меня?
Марселла посмотрела на кольцо.
— Кольцо твоей бабушки? — спросила она, вместо того чтобы ответить на мой вопрос.
— Да. Я хотел купить новое кольцо, но ни одно из них не значило бы столько, как это.
Я чувствовал себя чертовой киской, признавая это, тем более что я все еще стоял на коленях рядом с ней.
Марселла ничего не сказала, только рассматривала кольцо, и я начал нервничать. Я никогда не думал о том, что она может отказать. Не потому, что я был уверен, что у нее не может быть лучшего мужа, потому что она, вероятно, могла бы иметь такого.
— Я буду для тебя лучшим мужем. Я прикрою тебя, когда тебе это будет необходимо, и буду рядом, когда тебе понадобится партнер. А если тебе понадобится защитник, я стану твоим фронтом.
Я буду твоим рыцарем в грязных доспехах, твоим любовником, твоим доверенным лицом. Я буду убивать твоих врагов и держать твою корону. Я отдам свою кровь, свою жизнь и все остальное, что ты пожелаешь.
Марселла покачала головой, в ее глазах стояли слезы, и мое сердце упало, но затем на ее лице появилась улыбка.
— Тебе не нужно убеждать меня. Я знаю, что ты тот самый мужчина, который мне нужен. Так что да!
— Да? — спросил я как идиот.
— Да, я согласна.
Я надел кольцо на ее палец и притянул ее к себе, крепко целуя.
Сантана ходила вокруг нас на цыпочках, ее виляющий хвост то и дело задевал нас. Очевидно, она считала это забавной игрой. Я вскочил на ноги и потянул Марселлу за собой, только чтобы поднять ее с земли и снова поцеловать. Она обвила руками мою шею, а ногами мою талию.
— Мы должны сказать моим родителям. Папа придёт в ярость, если мы не сообщим ему сразу.
Я отстранился.
— Он уже знает.
Брови Марселлы нахмурились.
