— Мне нужно забрать твой телефон, — сказала Пеппоне, когда мы припарковались на значительном расстоянии от дома.
— Зачем?
— Просто для безопасности. Эта миссия слишком важна, чтобы рисковать чем-либо. И твоя лояльность все еще под угрозой.
— Если Лука посылает меня на задание, он должен думать, что мне можно доверять.
Это, конечно, было неправдой. Я знал, что Лука мне не доверяет, и, конечно, Пеппоне тоже, поэтому он и попросил у меня телефон в первую очередь.
— Это моя миссия, и я должен быть уверен, что она пройдёт успешно.
Так что либо ты отдаешь мне свой телефон, либо я не могу позволить тебе присоединиться к атаке.
Я не стал указывать на то, что я могу предать их еще легче, если останусь позади. Я пожал плечами.
— Если это поможет тебе не облажаться, тогда держи. — я протянул ему телефон.
Я отправил Марселле сообщение утром, чтобы она не ждала от меня новых сообщений до вечера.
— Хорошо, — сказал Пеппоне. — Каков твой план?
Я приподнял бровь. Разве он не босс миссии?
— Я бы разведал местность на предмет возможных ловушек и присмотрелся к конспиративной квартире.
Продавец на заправке был уверен, что видел только двух байкеров, но он не был уверен. Вполне может быть, что к группе присоединилось больше Кочевников.
Пеппоне кивнул и обменялся взглядом с двумя другими.
— Тогда вперёд.
Следующий час мы провели, подкрадываясь к дому. Я не заметил никаких очевидных ловушек. Не все умели их делать. Грей и Гуннар были специалистами."
"В конце концов, мы вчетвером нашли место на небольшом холме, откуда хорошо просматривался дом.
Мы насчитали трех мужчин, которые проходили мимо окон или выходили из дома, но это еще не означало, что их было только четверо, но, не зайдя внутрь, мы не могли этого сказать.
Я узнал всех троих. У меня не было с ними ничего общего. Кочевники редко посещали наш клуб, но Эрл иногда встречался с ними, чтобы убедиться, что они отчисляют клубу процент от своих доходов.
Дверь снова открылась, и появился четвертый мужчина.
— Еще один, — сказал я.
— Определенно один из сторонников Эрла.
Пеппоне, Димо и Опущенноглазый обменялись взглядами, которые мне ни капельки не понравились. Я продолжал говорить, указывая на толстяка, имени которого я не помнил, потому что Эрл всегда называл его Толстяком. Он был поклонником Эрла. Единственная причина, по которой он в основном являлся Кочевником, заключалась в том, что он был невыносимым мудаком, который ввязывался в драки со всеми подряд, что отравляло настроение в клубе.
