Но я не собиралась доставлять этому зазнайке такое удовольствие.
– Откуда здесь всё это? – я обвела рукой комнату, которая была оборудована под настоящий тату-кабинет. Когда я обходила дом, эта дверь была закрыта на замок, так что увидела я это великолепие только минут пятнадцать назад.
– Мы сами бьём свои татуировки. Но раз уж теперь ты не работаешь в салоне, то можешь вымещать злость на нас. Вперёд, киска. Покажи, на что ты способна.
Ян развалился на кресле-кушетке, а я напряглась, на этот раз пропустив нелепое прозвище мимо ушей.
– То есть как это не работаю? Я же вернусь туда, когда Хароны от меня отстанут.
– Ты так уверена, что они отстанут? Ладно, хватит болтать. Я готов.
Решив больше не препираться и не выпытывать никаких подробностей, я занялась делом. Рисунок был довольно большим и сложным и требовал полного погружения в процесс. Тонкие линии, образующие разные геометрические фигуры, переплетались с витиеватыми лозами, а по краям лоз шли надписи. Настолько мелкие, что разглядеть их можно было, только рассматривая татуировку с близкого расстояния.
Вообще все татуировки парней казались произведением искусства, и я не хотела запороть то, что мне поручили.
– Такая сосредоточенная, – донеслось сверху, и я оторвалась от работы. – Мне нравится.
– Да, красиво выходит, – согласилась я, разминая шею. – Кто рисовал эскиз? Очень необычное сочетание. Цепляет. Девушки будут в восторге.
Я уже почти закончила с рёбрами. Это означало, что скоро мне придётся сместиться ниже и, возможно, соприкоснуться с его причиндалами.
Хоть и через джинсы, но всё же…
– Ты покраснела, Анжелика. Я тебя смущаю?
– Нет. Просто здесь душно. Давай прервёмся ненадолго?
Ян кивнул, и я аккуратно протёрла уже готовый рисунок антисептиком.
– Не задевай, ладно? Я вернусь через пять минут.
– Отдыхай столько, сколько потребуется. Ты молодец.
Ого! Он сказал, что я молодец. Ну и ну…
– Спасибо."
"Покачав головой, я стянула перчатки и взяла со стола бутылку воды.
Сделала несколько глотков, вышла в коридор и прошлась туда-сюда, чтобы восстановить кровоток. Объём работы был проделан большой, но до конца оставалось немало, и моё тело требовало движения перед тем, как вновь скрючиться в неудобной позе.
– Можем продолжить, если ты готов, – произнесла я, вернувшись в комнату, и застыла с открытым ртом. Ян стоял перед кушеткой и тоже разминался.
Надо сказать, что таких прорисованных мышц я ещё ни у кого не видела.
