Несмотря на маскировку они догадались, что я женщина и решили «взять свое», посчитав, что седовласый дед не доставит им проблем.
О том, что дед — огненный маг, они не знали. Вплоть до того момента, как пошевелив кустистой бровью подпалил самого наглого из разбойников, а потом и остальных поджарил.
Я его даже зауважала еще сильнее.
После этого приключения мы стали осторожнее и на ночь не разводили костер. Спали по очереди, следя за тем, чтобы никто не подобрался к нашему маленькому лагерю.
А на седьмой день на горизонте показались высокие шпили Виррубы, укутанные розовым маревом.
— Это защитный купол, — пояснил Оллин, не оборачиваясь, — под ним укрыта столица и близлежащие поселения. Там безопасно. Хворь туда не проберется ни по воздуху, ни по воде.
От волнения я сбилась с шага. Пока мы путешествовали, цель казалась мне далекой и призрачной, а теперь — вот она, в нескольких часах пути.
— Мне страшно, — прошептала я, останавливаясь, как вкопанная.
Оллин прошел десяток метров вперед, прежде чем заметил, что я остановилась и не иду за ним.
— Что за бунт?
— Ты можешь пойти со мной? — взмолилась я."
"— Маш, — он произнес с укором, — опять голову выключила? Забыла, что в столицу не берут всех, кого попало. Только женщин. Я, конечно, могу переодеться в платье и притвориться старой бородатой распутницей, но уверен, что обман быстро раскроется. Это, во-первых, а во-вторых, меня когда-то изгнали из Виррубы. И вряд ли за эти годы что-то изменилось и меня примут обратно с распростёртыми объятиями.
Так что хватит молоть ерунду. Не разочаровывай меня.
— Хорошо не буду, — я сникла.
— Мария, все будет хорошо, — его голос смягчился. Он по-отечески обнял меня за плечи и повел вперед, — тебе там понравится. Познакомишься с другими женщинами, наденешь, наконец, красивое платье, а не эту рванину.
— Я туда не наряжаться иду! А за Рубиновой Слезой.
— Да, да милая. За ней родимой, — он похлопал меня по руке, как бы говоря: чем бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало.
К вечеру мы добрались до кромки леса. Впереди расстилалось широкое поле, а на другом его конце уже виднелись призрачные границы купола.
— Дальше тебе придется самой, — твердо произнес Оллин.
— Хорошо, — прошелестела я и уныло поплелась вперед.
— Да стой ты, блаженная! — он схватил меня за локоть и затащил обратно, — не так быстро. Подготовиться надо. Переодевайся. Ты должна придти, как простолюдинка, а не как вольная охотница.
