Сердце бесновалось в груди, оглушая своим грохотом.
Ну и как теперь заснуть?
Глава 8
Я действительно спала плохо, а проснулась рано, еще до рассвета.
Села на кровати, поморщилась, сдавливая пальцами виски. Странное ощущение. Вроде отдохнула, но чувство такое, будто меня всю ночь били палками и заставляли пахать землю. Щеки калило, голова неприятно гудела, а в горле будто застрял колючий камень. Похоже, ночная прогулка по лесу под дождем не прошла бесследно.
Я выбралась из-под одеяла и пошла в ванну, в надежде, что если умоюсь, то голова прояснится.
Заодно собиралась проверить, помогла ли вчерашняя мазь, и, если надо, перед дорогой еще раз обработать боевые раны.
Синяк на ребрах пожелтел и стал почти неразличимым, маленькие царапины затянулись, коленка уже не пугала своим разодранным видом, а вот глубокая царапина на щиколотке никуда не делась. Мало того, кожа вокруг нее потемнела, сосуды стали яркими и словно зеленые щупальца осьминога поднимались по икре к колену.
— Это что такое? — я поставила ногу на лавочку и склонилась, пытаясь получше рассмотреть свою конечность.
В памяти острой вспышкой пролетели жуткие образы. Ночь, лесная сторожка, выжла, ползущая следом за мной на крыльцо. Ее кривые когтистые пальцы, сжимающиеся на моей ноге.
Баночка выскользнула из внезапно ослабевших рук, громко стукнулась об пол и закатилась под лавку.
Я просто испачкалась! Вчера вечером, когда гуляли с Рэем, наступила в грязь и не заметила этого. Да!
Включила горячую воду и начала с остервенением тереть кожу, несмотря на боль.
Зелень не уходила. Наоборот, начала подниматься вверх по ноге, оплетая своими щупальцами до самого колена.
Мозг отказывался принимать то единственно возможное объяснение, которое могло быть в этой ситуации.
У меня не получалось дышать. Медленно, пошатываясь и борясь с накатывающей тошнотой, я подошла к зеркалу, протерла его ладонью и взглянула на свое отражение. По сравнению со вчерашним днем, я была гораздо бледнее. Под глазами залегли густые тени, а сами глаза… В них появилась зелень.
Не яркая, сочная и жизнерадостная, а уныло бурая. Пока еще едва заметная, но уже расползающаяся по белкам и радужке.
Я заразилась.
Та выжла в лесной сторожке меня поцарапала! А я была так испугана, и так старалась выбраться живой, что попросту того не заметила.
Что теперь скажет Рэй? Да и будет ли он говорить? Он же солдат! Тот, кто защищает людей от опасности, от разбойников, от выжл.
