Его взгляд стал еще жестче:
— Сдается мне, девушка не хочет с вами оставаться.
— Хочет, хочет, — осклабился коренастый, — Она ж нам как родная, только непослушная. Ничего, воспитаем, как шелковая будет.
Сплюнул на землю и посмотрел исподлобья, намекая на то, что этот побег мне боком выйдет.
— Боюсь, воспитывать вам придется друг друга, а ее, — солдат коротко кивнул, — я заберу с собой.
— С чего ты взял, что мы ее отдадим, служивый? — главарь неторопливо поигрывал ножом, подбрасывая его в воздух и уверенно перехватывая затертую рукоять.
— Вы же знаете. Приказ императора. Все женщины должны быть доставлены во дворец.
— Что тогда останется нам, простым смертным? Не слишком ли многого хочет ваш император?
— А простые смертные смогут обеспечить безопасность? Укрыть от хвори? Император дает защиту…
— К дьяволу императора и его проклятое племя. Из-за них все началось!
Кольцо сжималось. Разбойники, уверенные в своем превосходстве, подходили все ближе, переглядывались, пересмеивались, вслух размышляли о том, кому достанутся сапоги, а кому казенная одежда.
Как ни странно, но мужчина был все так же спокоен, даже едва заметно улыбался уголками губ. Кажется, его совершенно не волновало, что вокруг ночь, он один, а врагов много, и помощи ждать неоткуда.
— У вас есть выбор. Или добровольно отпустите, или я сам ее заберу.
— Попробуй, — главарь оскалился и без предупреждения метнул нож, метясь солдату в грудь.
Тот уклонился, неуловимым движением на лету перехватил клинок и отправил обратно. Острое лезвие филигранно отсекло прядь волос у виска, лишь слегка чиркнув бандита по скуле и оставив за собой тонкую царапину.
В тот же миг все остальные скопом бросились на него.
Я испуганно зажмурилась, не желая видеть, как расправятся с одиноким путником, на свою беду заступившимся за меня, но вместо этого услышала возню, лязг оружия. Потом кто-то закричал, раздался топот, треск кустов, ржание лошадей. Рука, державшая меня за волосы, исчезла — разбойник швырнул меня на землю, а сам бросился бежать, через миг скрывшись в темноте леса.
Все затихло.
Я лежала, задержав дыхание, и боялась открыть глаза. Бок ломило — на него пришелся удар, когда падала, ладони были ободраны до крови, голова разрывалась от боли. Вся помятая, измученная, но свободная. По крайней мере от бандитов…
— Ты как? Жива? — внезапно раздался голос прямо надо мной.
Я не слышала, как он подошел — неуловимо тихо, словно бестелесный призрак, поэтому испуганно вздрогнула.
— Все в порядке?
Смешной.
