— Она на меня орала, — пиявка больно ткнула меня пальцем в бок, — обзывала. А еще чуть не оторвала мне ухо.
— Не расстраивайтесь. Мария у нас совсем недавно, и она просто не знала…
— Я хочу, чтобы она извинилась.
Я в полнейшем недоумении уставилась на маленькое чудовище:
— Извинится? Ты ведешь себя как приблудная невоспитанная беспризорница!
— Извинилась на коленях, — с нажимом произнесла девочка.
— Больше ничего не надо?
— Т-с-с, — набросилась на меня Офелия, — извиняйся немедленно.
И дёрнула меня за руку так, что чуть не оторвала.
Я удержалась, мотнулась вперед, но на колени не встала.
— Ах так? — Есмина зло топнула ногой, — тогда я все скажу папе!
— Вали. Надеюсь, он всыплет тебе ремня! — в сердцах выкрикнула я, тут же схлопотав подзатыльник от Офелии.
Мелкая мерзавка развернулась и побежала прочь, а начальница схватила меня за плечо, так что кости чуть не переломала и прошипела:
— Ты с ума сошла?
— Не понимаю в чем проблема? Это не ребенок, а маленький невоспитанный зверёныш.
— Ты знаешь кто это такая? Кто ее отец?
— Не знаю и знать не хочу.
— Это младшая дочь императора, — произнесла она зловещим голосом, — и за то что ты ее ругала и, хуже того, посмела прикоснулась — будет наказание. Тебя или выпорют публично. Голой, привязанной к столбу. Или с позором выгонят из города. Или голову отрубят.
Вот тут я испугалась по-настоящему.
— Бестолочь! — Офелия отвесила мне еще один подзатыльник, — так я и знала, что от тебя одни проблемы будут. Иди в спальню. Немедленно!
— Там осколки надо убрать, — проблеяла я, чувствуя, как душа уходит в пятки.
Мне только гнева императора не хватало.
— Без тебя уберут, а ты готовься.
Оказавшись в общей спальне, я села на свою кровать, зажала руки коленями, чтобы хоть как-то справиться с дикой дрожью. Как я умудрилась так встрять? Почему не проигнорировала мелкую нахалку? Зачем потребовалось включать грозного педагога и вершить справедливость?
Дура я. Непроходимая. Надо было сидеть тише воды ниже травы и не привлекать к себе внимание, а вместо этого я перешла дорогу императорской дочери.
"
"Похоже, плакал мой план по конфискации Рубиновой Слезы и возвращению домой. Тут бы голову на плечах сохранить.
Как тошно-то. И страшно.
За мной пришли через час мучительных ожиданий. Я еще издали услышала чеканный шаг и звон шпор по каменному полу. В голове одна мысль: это конец.
Первый порыв — спрятаться. Залезть под одеяло, накрыться с головой и сделать вид, что я в домике. Глупо. Под кроватями тоже не спрячешься.
