Бывший полицейский и бывший таможенник сейчас расчищал дорожки в сквере, неподалеку от музея-панорамы Бородинской битвы. Гуров даже не сразу узнал его, осунувшегося, небритого и мрачного.
– Привет, Антон! – поздоровался он.
Тот медленно обернулся на голос. Несколько мгновений исподлобья смотрел на Гурова каким-то пустым взглядом, явно не узнавая его, а затем удивленно заморгал, зачем-то спрятал лопату за спину и захромал к нему.
– Лев Иванович?! Какими судьбами? – торопливо заговорил Антон, словно опасаясь, что Гуров исчезнет, а он не успеет о чем-то важном спросить.
– Как вы меня нашли? Хотя о чем это я? Если вам кто-то понадобится, вы его из-под земли достанете. Что уж тут обо мне говорить?
– Что с ногой? – не ответил ни на один из вопросов Лев. Впрочем, Земцову ответы и не требовались.
– А-а-а, ну ее, треклятую! – отмахнулся Антон. – Из-за нее с органов и поперли. Гнался за одним придурком по стройке, да навернулся с лестницы и так коленную чашечку и мениск повредил, что ни один коновал полностью восстановить не сумел.
Признали негодным к службе и отправили в отставку. А теперь, вот, и звания, и пенсии лишился… Да вы и сами все знаете!
– Знаю, но не все, – кивнул Лев. – Пойдем-ка в ближайшее кафе, мне с тобой поговорить надо.
По дороге в заведение общепита Гуров сначала выслушал от Земцова ту часть истории, которую и так знал. После того как Антон ушел в отставку из органов внутренних дел, а затем попал под суд за уголовное преступление, его лишили и специального звания, и той пенсии, которую он заработал в полиции и на таможне.
Именно это больше всего и подкосило Земцова, а не вынесенный судом приговор, который даже Лев счел удивительно мягким.
– Как тебе такого снисходительного приговора добиться удалось? – поинтересовался он, когда они с Антоном расположились за столиком в дальнем углу кафе, расположенного неподалеку от Бородинской панорамы.
– А-а, – помрачнев, махнул рукой Земцов, – сам не знаю. Я на процессе словно контуженный был. Мало что понимал. Почти ничего не помню, что на суде происходило.
– А адвокатом кто у тебя был?
– Не знаю, – вновь отмахнулся бывший таможенник. – Назначили кого-то. Я даже фамилии не запомнил.
– Вот как? А я тебя всегда проницательным и наблюдательным считал. Что это вдруг ты на процессе поплыл? Или так ответственности испугался?
– Да не ответственности я испугался, – возмутился Земцов и тут же осекся. – Да что это все обо мне? У вас как жизнь складывается, Лев Иванович? Смотрю, генерала не получили еще.
