Если брать его обычным порядком («Стой, ни с места! Руки вверх!»), он запросто успеет нанести своей жертве смертельную травму, переломив шейные позвонки. Ему ведь терять нечего – пожизненного не избежать, а расстрел давно отменили. Поэтому нужно было действовать подобно охотнику, подстерегающему опасного хищника.
Едва мерзавец успел углубиться в густую поросль всего на пару шагов, как что-то большое и стремительное набросилось на него сзади и нанесло кулаками пару резких, отрывистых ударов по почкам.
Взвыв от боли, маньяк отбросил девушку и, превозмогая боль, развернулся к неизвестному, успев проворно выхватить из-под одежды длинный острый нож. Он и в самом деле хищником был крайне опасным – сильным, проворным, умеющим переносить боль. Однако пустить в ход свое оружие маньяк не успел. Жесткий, проникающий удар в солнечное сплетение вынудил его выронить нож и обессиленно замереть в тщетной попытке сделать вдох. А следующий удар в челюсть опрокинул его в тьму небытия…
Когда сбежавшиеся опера заковывали в наручники вяло брыкающегося маньяка, а Лев успокаивал безутешно плачущую девушку, в его кармане неожиданно запиликал телефон.
Звонил Орлов. Отчего-то встревоженным голосом он поинтересовался:
– Лева, а ты где сейчас?
– В парке «Боронцово». Только что взял Паяльника при попытке нападения на очередную жертву. Вон ребята его пакуют, сейчас ждем «Скорую», чтобы оказала помощь потерпевшей. Так-то девушка, слава богу, не пострадала, но крайне напугана…"
"– Ты взял Паяльника?!! Вот это здорово! – возликовал Петр, но его голос отчего-то вновь погас, и он осторожно спросил: – А ты все это время был в парке, никуда не отлучался?
Гуров тут же почуял что-то неладное.
– Ну да, уже больше часа тут околачиваюсь… А что случилось-то?
– Понимаешь, произошла какая-то нелепая, дурацкая история… – недоумевающе заговорил Орлов. – Только что мне позвонили из городской ГИБДД и сообщили, что твоя машина минут двадцать назад на улице Плеханова сбила человека.
Сидевший за рулем, как описали очевидцы, был очень похож на тебя. Он немедленно скрылся с места происшествия, сейчас его ищут. В смысле, тебя ищут…
– Все ясно… – отметил Гуров, вспомнив недавний звонок. – Потерпевший жив?
– Жив, но в очень тяжелом состоянии. Он сейчас в реанимации. А что тебе «все ясно»?
– Сегодня меня пытались купить миллионом баксов и пригрозили, что, если откажусь, они кое-что сотворят.
