Лапы у Ежевики налились новой силой, ему казалось, будто он может бежать целую вечность, пока не воспарит на небо, как белые птицы, которые с криками кружили над его головой.
Но вместо этого он вдруг в ужасе замер на краю огромного утеса. Крутые песчаные уступы обрывались вниз в каком-нибудь мышином хвосте от его лап. Волны разбивались о подножие скалы, а прямо перед Ежевикой простиралась беспокойная ширь сине-зеленой воды. Солнце опускалось в нее на горизонте, оно горело так ярко, что Ежевике пришлось прищурить глаза.
Кровавая дорожка, выжженная алым светом, начиналась от самого солнца и упиралась в подножие утеса.
Несколько мгновений никто из котов не мог вымолвить ни слова. Ежевика первым вышел из оцепенения.
— Надо торопиться, — сказал он. — До наступления темноты мы должны найти пещеру с зубастыми краями.
— И ждать полуночи, — добавила Ласточка."
"Ежевика повертел головой, но так и не увидел ничего, что могло бы подсказать им правильное направление. Решив идти наугад, он повел котов по скалам. Время от времени они останавливались и смотрели вниз, выискивая глазами пещеру.
Ежевика крепко цеплялся когтями за сухую траву; в этом месте слишком легко было сорваться вниз и падать, падать и падать в жадно шипящие волны.
Постепенно земля начала понижаться, и вскоре от воды их стало отделять расстояние, не превышающее высоты обычного дерева. Вершины утесов выступали далеко вперед, поэтому не было видно, где они кончаются, а их отвесные склоны были глубоко изборождены канавками, оставшимися от давних дождей.
Когда утесы стали чуть более пологими, котам удалось спуститься чуть ближе к воде, и теперь их время от времени обдавало солеными брызгами. Во многих местах древние потоки промыли глубокие расщелины в скалах; порой эти расщелины были так широки, что котам приходилось перепрыгивать через них. Все чаще трава уступала место ложбинкам, где на скудной почве росли жалкие, скрюченные кустики.
— Если мы все-таки не найдем пещеру, то здесь полно мест, где можно укрыться на ночлег, — за метил Ураган.
Ежевика и сам начал подумывать о том, чтобы остановиться.
Солнце уже опустилось в воду, но огненные всполохи все еще горели на небе. Ветер стал холоднее. «Надо хотя бы дать отдохнуть Рыжинке, — подумал Ежевика. — А мы можем еще немного поискать».
Внезапно сестра споткнулась и упала. Бросившись к ней, Ежевика обогнул утес, но поскользнулся и беспомощно скатился в ложбину. Он попытался подняться, но рыхлая земля осыпалась у него под когтями, обдав тучей песка.
