"
"Вера Михайловна веселила подругу, зачитывая письма Ксюши, которая уже около года училась в Англии, вела разудалый образ жизни и переписывалась с Верой Михайловной по электронной почте. Ксюшины стиль и слог были очень современны, то есть примитивны и вульгарны. Однако забавны. Ни с кем другим Вера Михайловна не стала бы поддерживать эпистолярные отношения такого уровня, но к Ксюше питала слабость.
— …и далее она пишет: «Сейчас я закладываю с одним индусом. Приобретаю международный опыт.
Классно! Жалко, нет в округе приличного негра…» Как тебе это нравится?
— Кошмар! — улыбалась Полина Сергеевна. — Развратная девица.
— Согласна. Но эта девица постоянно выискивает и шлет мне статьи по твоему заболеванию. И даже готова перевести любую, если та заинтересует твоего лечащего врача.
— Милая девушка!
— Милая развратная… — смеялись подруги.
— Как ты справляешься с работой? — спрашивала Полина Сергеевна.
— Никак не справляюсь. — Вера Михайловна не находила нужным скрывать от подруги правду.
— На «свято место» прислали доисторическую рептилию, она даже компьютером не владеет. — Вера Михайловна, пародируя, подняла руки и, как пианистка, ударила по клавишам, вскинула руки и пропищала: — «Ах, у меня получилась буква «мэ», — еще один взмах, — а теперь буква «сэ». Ой, он завис! Почему он у меня все время зависает? Надо перезагрузить?» — И продолжила нормальным тоном: — Зависает, как ты понимаешь, у нее в голове, перезагружать которую бесполезно.
— Как печально, Верочка!
— Общая тенденция, наука чахнет. Помнишь Колесникова? Уехал в Штаты, а Бронштейн — в Мюнхен. Микробиолог Павлова — в Доминиканскую Республику.
— Какая в Доминиканской Республике микробиология?
— Пещерная, наверное, а условия все-таки лучше.
— Утечка мозгов…
— И приток серости, посредственностей. Приличные люди встали на преступный путь, я в том числе.
— Ты берешь взятки или выходишь с кистенем по вечерам?
— Я купила электронную книгу и пиратствую: бесплатно, что есть незаконно, скачиваю интересующие меня книги.
— Авторы тебя простят.
Госпитальные дни, когда Полина Сергеевна по утрам не совершала свой ритуал прихорашивания, можно было пересчитать по пальцам. В те дни она не могла пошевелить рукой и с трудом поднимала веки. Но, чуть окрепнув, доставала косметичку, протирала лицо лосьоном, наносила тональный крем, красила губы.
