Во-первых, имеется архив, где хранится твое дело, а в нем фотография и отпечатки пальцев. Во-вторых, жива и вполне здорова Калистрата Егоровна, в-третьих, в отделении милиции сидит участковый Марк Михайлович, он тоже опознает тебя в пять секунд. Поэтому отвечай на мои вопросы, если, конечно, не хочешь, чтобы я пошла в милицию. Кстати, ты отсидела срок до конца или метаморфоза с Раисой произошла раньше?
Надо отдать должное Саше, она справилась с удивлением, разгладила одеяло и делано спокойным тоном поинтересовалась:
– Что тебе надо?
– Ты – Раиса Кутепова?
– Была, ее теперь нет.
Раиса умерла, родилась Александра, я переломила карму…
Я подняла руки.
– Дорогуша, давай без глупостей по поводу судьбы, кармы и астральных двойников. Отвечай: кто эта женщина, что заявилась в наш дом под именем Кутеповой?
– Понятия не имею.
– Не ври.
– Правда не знаю, в первый раз увидела ее в Ложкине.
– Почему же не изобличила обманщицу?
Саша откинула тонкое одеяло, сунула ноги в уродские тапки из клеенки и спросила:
– И каким образом я могла это сделать?
– Сказать, что Раиса Кутепова – ты.
Саша ухмыльнулась.
– Интересное предложение, я уже много лет Александра и не собиралась раскрываться. Хотя сейчас, после смерти Лизы, мне уже все равно. Пыталась похоронить прошлое из-за дочери, чтобы она не чувствовала себя ребенком преступницы, ради Лизоньки…
– Вот что, – прервала я Сашу, – немедленно рассказывай, как обстояло дело в действительности, или прямо сейчас я вызываю сюда Дегтярева.
Боюсь, Александр Михайлович не станет с тобой церемониться!
Внезапно Саша улыбнулась, спокойно, без тени страха.
– Знаешь, теперь, когда Лизы нет, мне, ей-богу, все по фигу, хоть ты сюда все МВД приведи.
На секунду я опешила, Саша тем временем продолжала:
– Но тебе я все расскажу, знаешь почему?
– И почему же? – осторожно поинтересовалась я.
Саша села повыше в подушках.
– Наивная ты, добрая без меры и, прости, глуповатая. Веришь всем, думаешь, вокруг люди на тебя похожи, ан нет, другие мы, хитрые.
Честно говоря, очень ты мне задачу упростила…
– Какую? – Я перестала что-либо понимать.
– Дай-ка сигаретку, – попросила Саша.
– Ты же не куришь!
– Еще как дымлю.
– Но у нас дома ни разу…
– Из-за Лизочки, не хотела девочке дурной пример подавать. Я больше жизни ее любила.
Внезапно я поверила ей, да, похоже, Саша ради дочери была способна на все. Если вы курите, то поймете, как тяжело прикидываться, что никогда не брали сигареты в руки.
