Из ступора ее вывело появление врача, который заявил:
– У девочки довольно редкая, четвертая группа крови с отрицательным резусом, нам надо сделать переливание, вы можете стать донором?
Сашенька заломила руки.
– Господи, нет! У Лизочки группа крови отца! Она умрет, да?
– Не говорите глупостей, – вспылил врач и исчез.
Саша снова заметалась по коридору, потом внезапно остановилась у окна и твердо заявила:
– Если с Лизонькой что-нибудь случится, я выпрыгну отсюда не задумываясь! Мне без дочери жизни нет!
На всякий случай я оттащила ее от подоконника и велела:
– Не смей думать о плохом.
Мысли имеют обыкновение материализовываться. Как скажешь – так и случится.
– Да, да, да, – закивала Саша, – правильно, Лизочка выздоровеет, она уже поправилась, вот, вижу, мы, красивые, богатые, идем по Ложкину…
Следующие два часа она, словно молитву, твердила эти фразы, не останавливаясь и не запинаясь. И с каждой «молитвой» мне становилось все тревожней.
Внезапно белые двери разошлись в стороны, показалась каталка, укрытая простыней.
– Умерла, – зашептала Саша.
Я вцепилась в подол ее платья.
– Нет-нет, видишь, медсестра капельницу несет.
– Что с Лизой? – кинулась к девушке Сашенька.
– Все вопросы к доктору, – сурово отрезала та и велела санитару: – Живей в лифт, на второй, в реанимацию.
– В реанимацию, – чуть не лишилась чувств Саша, – ей совсем плохо…
– Не волнуйся, – попыталась я успокоить несчастную мать, – в реанимацию всегда кладут после любой операции.
– А меня после аборта сразу в палату отвели, – прошептала Саша, глядя, как кабина с каталкой несется вниз.
– Так то аборт… – начала я, но тут появился врач, и мы кинулись к нему.
Молодой хирург был серьезен.
– Особых поводов для беспокойства у нас нет, – сообщил он, – если учесть, что ребенок упал с высоты третьего этажа.
– Откуда? – удивилась я. – В нашем доме всего два этажа, правда, есть еще чердак.
Но врач не стал меня слушать, а продолжил свою речь:
– Так вот, если учесть высоту, то можно сказать, что Елизавета легко отделалась.
Открытый перелом правой голени, закрытый – левой руки. Сотрясение мозга и разрыв селезенки, нам пришлось удалить этот орган, неприятно, конечно, но не смертельно. Девочке очень повезло. Часто в таких случаях ломают позвоночник и остаются либо на всю жизнь парализованными, либо погибают на месте. Поставьте в церкви свечку.
– Значит, опасности для жизни нет? – уточнила я.
